darik-v-mashine

Дарик — офигеварик

Ебиграф 
На мотив песенки черепахи ТРОТИЛлы:

Никому не даст поко-о-яяяяя
Клац! И в пасти чей-то зааааааад!
Южнорусская афффчааа-а-ркаааа
Это мрак, писец и аааааад

Прошлые выходные обещали быть без дождей. Ну как обещали, точнее хто? Нострадамусы погодные, нарисовали картинок, когда в каждом рисунке солнце. И, как обычно, спиздели чутка – дождь шел почти весь вечер. Но волевым решением было принято собрать самых смелых, и все-таки пожарить и покоптить мяса.

Утром я отвез в садик Рову, Юрина и мясо. Зарядил коптильню, и двинул назад, оставив собак на охране все это дело нюхать. Перед приходом гостей Рову надо было поменять на Дарика. Юрин, как дитятко ласковое и пока со всеми еще дружащее (ттт тыщщщу раз), прыгал в садике целый день и наслаждался природой – вот что значит уметь дружить, а не пытаться дать своим близким в морду при первом же удобном случае.

Прогулка с Дариком занимает обычно не меньше часа: ходит он медленно, пьет себе водичку, нюхает траффку. А иногда делает вид, что нюхает, а на самом деле просто отдыхает, тихонечко кося на меня своим коричневым глазом – заметил ли я его военную хитрость или нет? Пора уже двигать, чтобы не раскусили, или можно еще постоять и отдышаться?

Грустно все это, конечно, но ничего не поделаешь – время, оно такая ссука! Когда-то легкий и спортивный Даря прыгал в багажник так, что цеплял своей башкой крышу, ибо силы рассчитывал не всегда. Сейчас я вожу его в машине на полу перед передним сидением, да еще и задние лапки помогаю задвинуть. Но Дарька не жалуется, он складывается там калачиком, а голова его оказывается рядом с рычагом переключения. Коробка в машине автоматическая, поэтому все время, пока мы едем, я просто глажу его по лохматой башке, а он тихонечко лежит и балдеет.

От садика до дома метров 800 – 900, так что доехали мы быстро. Я поставил машину в тенечке на соседской стоянке и полностью открыл стекло водительской, то есть противоположной от Дарика двери, чтобы песе жарко не было, и он подождал меня с комфортом. Взял из садика Рову, повел его в поля – выгулять, а потом посадить в багажник, забрать Дарьку с пассажирского места, и поменять своих ненавидящих друг друга зверюг максимально спокойно.

Погуляли с Ровкой, идем обратно, уже подходим к садику – видны ворота и метрах в тридцати моя машина. Вдруг слышу конкретный серьезный лай, понимаю, что это Дарик – он может, когда хочет, плюс еще и машина наверняка звук усиливает. Рова напрягся в струнку, я его одернул, перевожу взгляд на свою машину и… вот реально просто отказываюсь верить своим глазам: в нашу сторону резво бежит какая-то молодая тетка с собакой. И у тетки, и у собаки глаза от ужаса размером с чайные блюдца, собака к тому же еще и подвывает, пытаясь ускорить тетку. Вся эта конструкция летит прямо в пасть к Рове, а за ними, хромая, но реально резво несется Дарик, успевая при этом тянуть за собой тяжелую, цепляющуюся за все, что только можно, вытянутую рулетку с тросом!!!

Я только успел захлопнуть челюсть от удивления и задвинуть Ровика в ворота, как тетка с собакой пронеслись мимо нас. Несущегося за теткой Дарика я перехватил за шею, и он, поняв, что побег из курятника накрылся, грозно клацнул зубами у меня перед лицом, после чего стал орать на Рову.

Оттянув боевого старого гладиатора, я заизвинялся тетке в спину. Она остановилась, стала гладить свою собаку, потом медленно пошла прочь, не удостоив нас ни словом, ни взглядом, что правильно. И вот как объяснить человеку, что собаке 14 с хвостиком, что у него болят лапы, что он еле ходит, а тут вскорабкался на сидение из весьма неудобного положения (мерс, конечно, это мерс, но для взрослого южака места перед сидением там все-равно маловато). И после того, как он даже влез на это сидение, перелезть на другое, а потом ВЫПРЫГНУТЬ ИЗ ОКНА – ну это как-то уже запредельно. Он ведь даже по лестнице уже не спускается, ждет, когда пойдем через плавный пандус.

Назад с Ровой мы ехали молча. Сказать, что я офигел – это просто ничего не сказать, ну, потому что так не бывает. Это как Кличко в свои 110 лет выпрыгнет из инвалидной коляски, отмудохает какого-нибудь молодого крепенького гражданина на автобусной остановке, а потом снова вползет в колясочку и присоединит сам себя ко всяким медицинским аппаратам – эффект аналогичный.

Оставил Рову дома, возвращаюсь в садик — спит себе лапочка, зубки бантиком, ушки домиком. Ребята уже начали собираться потихонечку, я рассказываю, вижу, что кивают, но в душЕ не верит никто. И я их понимаю, потому что тоже бы не поверил в ТАКОЕ. Но вечер идет своим чередом, мы сидим, едим, общаемся. Солнышко уже давно закатилось, люди наеты, собаки и наеты, и нагуляны. Тут Дарику снова стало скучно. Он вспомнил, что он – боевая южачья единица, а так как люди ему пофиг, он стал докапываться до Юрина. Подойдет к моей юной веселой собачке, станет над ним, лежащим в травке, и рычит.

Юрин воспринимает это все, как игрушки, поэтому лишь на спине перекатывается да лапками по воздуху машет. Правда, если он иногда своей лапкой по Дарику заедет, Даря падает как подкошенный, поэтому играть подобным образом я им не даю, ну когда подобное у меня на глазах происходит.

В этот раз Дарик не отставал, поэтому пришлось взять его за ошейник и отвести подальше. Обрадовавшийся Юрин запрыгнул к нам в домик и прикинулся лохматым ковриком, про который все вскоре забыли. Но это про Юрина и Рову можно забыть, они лежат и не отсвечивают. Дарик же выше этого всего, поэтому он по обыкновению своему стал орать, да так, что мы перестали слышать друг друга, хотя Даря находился от нас метрах в пятидесяти в загончике с вольерами, а мы сидели в метре друг от друга.

Пришлось идти в конец садика и освобождать ломатого страдальца. Дарик тут же ринулся прямиком в домик, где сидели ребята и обнаружил там лежащего Юрина!- Да как посмел ты, мелочь, на царское место! – Возвопил Дарик, и бросился в бой на полуспящего Юрина. Юрин подскочил, и поняв, что в этот раз просто так свалить не получится, ибо некуда, решил треснуть Дарика пастью. Решил и треснул… казалось. Бы.

Юрин вообще очень быстрый даже для южака, в наших разных игрушках я ему уже частенько в скорости проигрываю. Но то ж медленный я, а то – молниеносный Дарик. Как великий мастер айкидо, он моментально увернулся в самый последний момент, и удар Юрина пришелся не в лохматую пушистую шею, а в ногу пришедшей приятно и весело провести с нами время знакомой.

— Йоооопппппппппппп! – Взвыла знакомая и закрутилась на месте, потирая ужаленную ногу

— Это не я! – Сказал Юрин и отошел подальше в темноту.

— Вот теперь, пожалуй, все на сегодня с гадостями! – Сказал довольный Дарик, потянулся, причмокнул губами, проверил миску на всякий, и снова улегся спать.

Знакомая перезвонила на следующий день:

— Прикинь, с джинсами все отлично, на них ни дырочки! – Радостно прощебетала она в трубку

— Да хрен с ними, с джинсами! С ногой что? – Возвопил я.

— С ногой хуже чем с джинсами! – Сказала знакомая и прислала фотографию. Здесь я ее ставить не буду, потому что садо-мазо в отяжеленной южаками форме фейсбучичек никак не приветствует. Но если в двух словах: кто там жалуется на депрессию и мигрень? Кому скучно жить и кажется, что в этом мире с ним уже не произойдет ничего интересного? Срочно, просто немедленно, посмотрите кто сейчас продает щенков южаков, записывайтесь в очередь, забирайте и наслаждайтесь.

Ваша жизнь перестанет быть скучной! А я выдохну и пойму, что такой счастливчик на этом свете не я один. Пусть вам всем будет так же 🙂

Дарик и Юрин

Разборки в Бронксе

Дожди идут не переставая, постоянно, как из крана. Зима, весна, лето уже, а они все идут. Вроде бы должно выбешивать до изнеможения, но меня посетила простая до боли мысль – когда прекратятся дожди, ударит солнышко, которое сейчас где-то далеко, за тучами. Ударит, и затем сразу наступит жара. Дарька прекратит есть, как это было год назад – тогда жара бахнула в марте. И… я не хочу повтора того развития событий, поэтому пусть льет. Каждый день, ночь, все лето, до поздней осени, когда с температурой уже порядок и можно дышать.

Термометр показывает жару через пару дней, но не будем о грустном, будем наслаждаться тем, что есть. А сейчас есть рай – тепло, свежо, воздух просто идеальный. Гулять в такую погоду, особенно когда гуляешь «промiж крапелек» (между капельками (С) Кравчук), то есть, когда заканчивается один ливень, а второй еще не успел начаться – наслаждец полнейший.

Уже начинало темнеть. Я повел собак в поля побегать, попастись в свежей травке — может хотя бы молоко давать начнут, если уж мясо поймать не могут. В полях мокро, конечно, но зато раздолье. Далеко от нас на ближайшем поле маячила тень, поэтому собак я в свободный полет не отпустил, а в голове пронеслась привычная мысль: «Ну откуда может быть столько людей в такое время и в таком месте?». Собаки, впрочем, не расстроились: Юрин сразу упрыгнул в кусты на всю длину своего недлинного поводка, а Дарик на рулетке опустил голову, сказал, что он теперь – овец, и стал щипать свежую сочную траву прямо у себя под лапами.

Мне послышались какие-то звуки, и я оторвал взгляд от собак: к нам бежал человек, размахивал руками и, видимо, что-то орал. Ветер дул в другую сторону, и разобрать звуки было ирреально, зато вид был вполне себе: впереди этого человека шевелилась высокая трава – к нам что-то быстро бежало и расстояние между нами вполне себе быстро сокращалось. Я разглядел девушку лет 25, которая истерично, буквально на грани орала: «Стоять! СТООООООЯЯЯЯЯТЬЬЬЬ!», а перед ней к нам летел снаряд в виде чего-то стаффообразного, сантиметров 35 в холке. За стаффо-собакой развевался длииииииинный поводок, на таких здесь в основном ходят приютские гулятельные собаки, которым и побегать надо дать, и спускать их опасно. Прямо перед стаффом (ну пусть будет стафф для краткости) тылом стоял жующий Дарик, он, как обычно уже, был целью.

— НЕЕЕЕЕЕЕЕТТТТ!!!! НЕЕЕЛЬЗЯЯЯЯ!!! СТОЯЯТЬЬЬЬЬЬЬЬ!!!! – Орала, точнее даже визжала девушка, пытаясь догнать беглеца. Да куда там? Оно стремительно приближалось, и уже можно было различить то ли разноцветные полоски на морде, то ли шрамы. И судя по таким жутким воплям я понял, что сейчас будет такой же жуткости замес. Дарик стоял между мной и летящим к нам псом. Он был в нескольких метрах от меня на рулетке, но быстро выбрать ее я не мог – Дарик бы просто упал от рывка. Юрин возился в кустах, и его вообще видно не было.

В этот миг Дарик заметил беглеца. Он поднял свою башку, расставил лапы пошире, как всегда перед дракой, когда нападал не он, и рыкнул! Негромко так, но весьма впечатляюще, как, наверное, старый уважаемый командой пиратский кэп собирает свою банду для очередной разборки. Сходство добавлял развернутый вперед нижний клык, вполне себе пока крепко сидящий, и свалившаяся набок полузаколотая челка. Еще бы бутылку рома в лапу, попугая на холку, тогда Джонни Депп просто обзавидовался бы…

Младший помощник Юрин выпорхнул из кустов в мгновение ока, аки полуцентнерная кебабочка. Счастье продолжало лететь к нам, поэтому Юрин взревел как бульдозер, и погреб заре навстречу. Тут у нас случилась неприятность – Дарик сейчас часто ходит кругами, то есть вот видит миску, делает круг, и только потом к ней подходит. Увидев чужую собаку, он снова стал разворачиваться, а выпрыгнувший Юрин задел рулеточный тросик, и замотал его вокруг шеи Дарика. Две собаки напряжены и тянут к бегущему на них убивце, трос из рулетки и поводок переплелись, да еще и у Дарика петля на шее. Разобрать конструкцию просто ирреально, а мне надо выпустить вперед Юрина – он в два раза больше летящего зверя, и, хоть драться не умеет, но остановит его точно. В это время я успею убрать Дарика, и тут же помогу своему молодому песику разобраться с тушкой, которая, видимо, желает быть разделанной.

Я бросил взгляд на Юрина и… увидел Рову. Юрин никогда не с кем еще не дрался, ну разве что с Ровкой боролся и Дарика покусывал. С натяжкой можно добавить наши с ним веселые кусачки, но это ж не с собаками, поэтому не считается. Юрин стоял рядом, и его взгляд стекленел точно так же, как у Ровы, когда он собрался убивать. Там выход только один – валить быстро, и не дать собакам соприкоснуться, потому что Рову командой раньше было не остановить никак (то ли дело сейчас). Но то – уже тренированный на эту тему Рова, а тут — юный, резвый, полный сил, дурости и электричества, при этом совершенно неопытный Юрин.

Расстояние между нами сократилось до минимального, и в этот момент Юрин ожидаемо рванул навстречу. Петля на шее Дарика рвыком затянулась, и мой старый пес рухнул в траву, как подкошенный. Мне ничего не оставалось, как опустить поводок Юрина – так он переставал давить на рулеточный тросик и затягивать петлю, и у Дарика бы появилась не только возможность встать, но и дышать. Может быть кто додумался бы до другого решения, но мне в голову в тот момент точно ничего лучше не пришло. У меня хорошая страховка, она покрывает такие вот бесповодочные разборки, и даже нападения моей собаки на людей, когда соба бегает в свободном полете (не дай бог). Но отпускать озверевшего молодого Юрина пусть даже на такую бегущую собаку – как-то перебор: фиг знает, что он с ней сделает, когда тормозов нет и силушку свою «малыш» еще не регулирует?

Я бросил поводок Юрина, и тут же перехватил торпедой бросившегося в бой вьюношу за брюшину рядом с пахом. Это на минуточку в момент рывка Юрина в сторону чужой собаки! Юрин взревел так, как не гудят самые огромные в мире баржи, когда заходят в порт Гамбурга. Такую неожиданную и мощную боль даже представить себе тяжело и, конечно, я знал, чем это закончится: любой, пусть даже самый обученный и добрый в мире пес, да и любое живое существо в такой ситуевине постарается любой ценой освободиться от того, что причиняет дикую боль. Юрин моментально остановился, присел, молнией развернул морду в сторону моей руки, державшей его за нежную брюховую шкурку. Блеснули острые зубы! В голове пронеслась мысль: «Блин, я только в футболке с короткими рукавами, все ж видно будет!» Боли я не боялся, да и руки набитые, поэтому Юрина не отпустил, понимая, что вот сейчас он в меня вопьется! Вот сейчас…

Юрин мгновенно развернулся, увидел мою руку, крепко держащую его за почти интим и просто ее лизнул! ЛИЗНУЛ!!!!! А потом снова развернулся в сторону бегущей на нас собаки, подвывая от боли! Я просто офигел от такого, потому что до этого момента единственной собакой, выплевывавшей мои руки, попадавшие ей в пасть во время драк или съема с какой-нибудь вражины был Дэлл, обученный, идеально тренированный и умеющий не только драться, но и соображать во время этих самых драк!

Дарик уже поднимался на лапы, требуя продолжения банкета. Я отпустил брюшко Юрина и перехватил его поводок. В этот момент Юрин включил все передачи сразу, и я понял, что теперь у меня в семье два джипа: Ровер, что как бы из названия понятно, и Юрин, он же Витязь без страха, упрека и тормозов вообще. Люди, Юрин греб так, что я, почти в два раза тяжелее своей собаки, тупо летел за ним, не имея вообще никакой возможности затормозить, а только перебирал ногами с огромной скоростью, чтобы тупо не рухнуть. Бешеный рывок Юрина сдвинул мой центр тяжести вперед, ну а дальше оставалось только быстро-быстро шевелить копытцами. Дарик нас догонял, но рулетка стремительно разматывалась его нынешней скорости для таких бегов уже не хватало, не то что раньше.

Я вгрызался в землю пятками так, как будто я не бегу по полю с травкой, а лечу на водных лыжах. Веса у меня, как я говорил, достаточно (эй, любители диет – не заводите южака или дрессируйте их хотя бы). Юрина я с величайшим трудом затормозил, а тут и Дарик подоспел. Летящей в нас собаки на горизонте не было, лишь где-то вдали в траве мелькал длинный поводок и раздавалось: «нууууу нааахууууууй! Трое на одного не чеееестно!!!». Псина валила от нас куда с большей скоростью, чем летела к нам. Когда и как она сменила траекторию — вааще не понятно.

Тут Юрин развернулся, и с рыком бросился мне за спину. В этот раз у него не получилось – я нашел землю под ногами и был готов к любым фокусам. Поводок аж хрустнул, а толстый ошейник впился в шею моей юной собачулечки. Осадил продолжавшего швыряться Юрина, а потом посмотрел, чего это он собственно. Рядом с нами, буквально в паре метров, стояла та, визжаще-орущая девушка. Казалось, она не замечает швыряющегося на нее Юрина (хотя, когда Юрин швыряется – это реально страшно. Он уже вернул славу Дэлла и Булки на нашем районе, Рова ведь швырялся абсолютно молча). Девушка не отрывала глаз от Дарика, по ее лицу катились слезы.

— Бедный песик! Прости меня пожалуйста, прости! – Девушка подошла к Даре, опустилась на колени и стала его гладить. Если бы я даже и захотел этому воспрепятствовать, у меня бы нихрена не получилось: Юрин продолжал рычать и швыряться, поэтому его пришлось оттянуть и подвесить на ошейнике, иначе сдерживать эту землеройную машину с зубами одной рукой было тяжеловастенько.

— Простите меня! – Девушка подняла зареванное лицо. – Я не заметила, и не успела схватить. А он как побежит к вам. А ты как упал, ты же старенький! – Девушка снова взвыла, и уже просто зарылась в шерсть Дарика.

С психикой у Дари все в порядке в этом плане, на чужих он не реагирует никак: трогайте если хотите, мне пофиг. Только очень уж сильно не прижимайте и я вас тоже не трону.

— Ничего страшного! – Говорю девушке, переводя дух. Еще пару секунд назад я был готов зарыть ее в ботву, но все мы люди и случиться может всякое. Смысл ругаться, если человек итак уже все осознал, хотя.. Дарику от этого не легче ни разу. – Битвы не случилось и отличенько!

— Он очень любит задираться и драться. – Всхлипнула девушка где-то из шерсти Дарика – тяжелое детство, все такое. И всегда дерется, а вот чтобы так – такого еще не было ни разу!

— Просто у нас тут южаков мало — Улыбнулся я. — Кста, ловите собаку вашу. Она уже где-то на другом конце большого поля!

— Ой! – Девушка вылезла из Дарика. – Простите еще раз!

И она побежала в сумерки, вопя привычное: «Стояяяяять! Ко мнееееее!»

Дарик встряхнулся, вытряхивая из себя струи девушкиных слез. Юрин забрался ко мне на плечи:

— Правда же, я молодец, да? Ну я же хороший? Как я его прогнал круто! Ты только не хватайся за шкурку так больно, а то я его догнать не смогу! А он вкусный был? Бы? А давай мы его завтра поймаем и наваляем? А мне еды дадут? А две еды? Ну я же заслужил! Ну пажааалста!

Обнял защитника лохматого, позвал Дарика, и мы побрели домой. Там Дарик поел и уснул у себя на месте, а Юрин поел два раза, и принялся рассказывать и показывать Рове, как он рвал на куски залетного Тузика. Рова бегал по квартире, пытаясь скрыться от разбушевавшегося и раздувающегося от гордости пиратенка хоть где-нибудь.

За окном шумел бурный ливень, смывая все следы не совершившегося преступления, а издалека все еще доносилось еле слышное «Стояяяяять!!! Ко мнееееее!»

svadba-v-pole

Свадьба в поле

Все-таки здорово, когда светит солнышко и нет дождищщи, задолбавшего уже практически вусмерть. А еще в субботу все любят спать подольше, ну или практически все, чем мы и попользовались – выползли погулять и даже собачек отпустили в свободный выгул. Собачки прониклись: сначала просто погуляли, потом Юрин решил снова пригласить Дарю на побегать. Дарик ответил жестким матом и попытался грызануть Юрина, но Юрин – не Рова, он не злится, прощает и… продолжает троллить. Ну в ролике видно все. Песики проголодались, пожрали травки (в хорошем смысле слова травки), потом водные процедуры, а потом…

Потом нам встретился мужик. Мужик был огромен, толст, усат-бородат и, наверное, вонюч. На плече у него лежала большая бензопила, на башке валялась кепочка, а под козырьком на нас смотрели два серьезных глаза!

— Ты чо, козлятина бородатая, на меня вылупился, урод? – Заорал Юрин и встал на дыбы. У него в последнее время такие игрули странные: чем больше собаки или чем страшнее мужик, тем больше желание порвать на лоскутки. А вот маленьких собачек там или людишек мы не замечаем.

Между нами было метров десять, наверное, поэтому мужик даже не пошевелился:

— Какие у тя бриары кайфовые! – Сказал он на местном диалекте (это когда говоришь, как будто с полным ртом еды, шипя и отплевываясь одновременно).

— Бриары? – удивился я.

— Как ты, ссука, мужичаро неотесанное меня назвал? – Возмутился Юрин, но уже как-то мягче. Видать это слово «кайфовые», обращенное к нему, затронуло что-то мохнатое в его мозге.

— А? Чо? – Вскинул голову Дарик. Да мне вообще пох. – И продолжил нюхать травку.

— Ну да, бриары. Я знаю, у меня дома тоже такой же бриар, только черный. А так да, такой же злой.

— Понятно почему ты с бензопилой везде ходишь! – Пошутил я. Мужик заржал и сказал, что от его бриара бензопила не спасет, только ручной пулемет и две гранаты как минимум.

Юрин не понял, почему после его таких жестких угроз все ржут, и полез к мужику пробовать его на вкус и цвет. Мужик тут же быстро распрощался, и свалил в кусты от нас подальше.

Не успели мы пройти буквально сто метров, как в чистом футбольном поле нарисовался грузовик. Даже издалека грузовик казался каким-то странным – мало того, что там, где он стоял, даже обычным легковушкам кататься нельзя, но чтобы еще и на футбольное поле заехать – это было как-то неожиданно. Вокруг грузовика прыгали люди, и их, людей этих было много. Одеты они были красиво, рядышком с людями чего-то периодически вспыхивало.

Мы подошли ближе – О! Грузовик был расцвечен всякими красивостями, игрушками и венками, а люди оказались женихом с невестой и группой поддержки в виде той самой толпы, которую я и заметил. Толстый, бородатый и кривоногий фотограф был одновременно везде – он запрыгивал на лестницу и фотографировал людей сверху, потом падал на траву и фотографировал людей снизу. Несколько человек держали огромные зонты и отражатели, а фотограф попутно успевал их виртуозно расставлять. Причем, судя по нарядам, далеко не все люди с зонтиками были из его команды, чуть ли не половина прыгавших с этим фотографическим оборудованием были гости.

Я никогда не видел, чтобы на свадьбу наряжали грузовики, но к этой паре грузовик в поле был самым подходящим антуражем: ребята были крепкими, такими с картин Рубенса. Невеста была похожа на крепко сбитую сельскохозяйственную лошадь. Она отреченно смотрела на суету вокруг, обливающегося потом из-за комплекции, трех фотоаппаратов на шее и толстой куртки с миллионом карманов, прыгающего сразу везде фотографа, и курила то-ли беломорину, то-ли сигарину. Жених пытался поддерживать окружающее его веселье, но его, похоже, это уже тоже слегка подмучивало. День только начинался, а их, молодо-с/х-женов ждало еще много чего чудесного и неизвестного – свадьба дело хлопотное.

Дарик на всю эту суету не повелся, убрел в кусты и чего-то там вынюхивал. А вот Юрин следил за происходящим с интересом: толпа ему нравилась, и он явно выбирал в ней себе на завтрак кого-нибудь повкуснее.

— Отлично! Собака! Так, снять поводок (там яркий кулечек для отходов собакопроизводства болтается и отвлекает), стали вот туда, делаем несколько кадров с собакой. – Фотограф материализовался рядом с нами будто из воздуха. Он еще с утра вошел в роль, и тоном, не терпящим возражений, отдавал распоряжения и приказания всем, кто его окружал.

Я с утра, обычно, еще сплю, даже когда гуляю с собаками, а вот Юрин – неееее. Он всегда по утрам бодр и весел (бедные бедные соседи), поэтому не стал дослушивать немецкий спич, и без разговоров прыгнул на возникшего рядом потографа. И в полете рыкнул еще для колорита, чтобы уж точно главроль в триллере «Зверь с бульвара Капуцинов» отдали ему и только ему.

От молниеносности прыжка офигели все рядомстоящие. Даже Дарик высунул мордяху из кустов, чтобы не пропустить веселье. Южаки это такие южаки, поэтому мои реакции на подобное за долгие долгие годы обострились и отточились. Я резко дернул поводок и пол-центнера шерсти с зубами замерло в полете, а потом совершило неожиданную посадку не на теле-едУщем, а совсем в другом, далеком от него месте, почти как самолет RyanAir, который летел в Вильнус, а приехал в Минск.

Потографу надо отдать должное: его реакция была ничуть не хуже. Из образа он выпал моментально, резко отскочил, но потерял равновесие и приземлился на свою фотографическую задницу. Описав феерическую дугу, рядом с ним в землю воткнулся один из трех фотоаппаратов, самый тяжелый. Два других агрегата, обнявшись, болтались на ремешках и робко жались друг к другу.

— СТОЯТЬ!!!! – Заорал я Дарику, который, как настоящий командный игрок, бросился на добивание недобитого. В отличие от Юрина, Дарик был на длинной рулетке, посему так весело и быстро остановить его у меня бы точно не получилось. Но Дарик знает, чем заканчивается непослушание, поэтому он замер посреди дороги и с надеждой взглянул на меня – может я все-таки передумаю. Юрин продолжал пытаться доесть упавшее.

— Який гарный пэс! – Чистая украинская мова прозвучала в поле, аки гром среди ясного неба. Я подумал, что моя кукушечка полетела вить гнездо в кого-нибудь другого, и оглянулся. Курящая дама с восхищением глядела на замершего Дарика:

— Ты дивись як вин слухае та усе робыть (ты смотри, как он слушает и все делает)! – Продолжала дама, не отрывая от Дарика глаз. Беснующегося у меня в руках Юрина, она совсем не замечала.

— Что ты сейчас сказала? – К даме подошла ее подружка и уже с интересом уставилась на подругу. И курительница на великолепном немецком, таком, на котором говорят только носители и которому невозможно научиться, ответила:

— Ты только посмотри, какой красивый, послушный и умный пес!

Надо сказать, что Дарик давно уже прохавал эту фишку, что он – старенький и ему можно все. Поэтому слушается он даже не через раз и не через два, а где-то раз в две недели, если уж быть откровенным. Но, видать, вот этот раз наступил именно сейчас: Даря стал в красивую стойку, замер, и наслаждался всеобщим вниманием.

Дальше мы с дамой розмовляли украинською, поэтому сразу перевод:

— Откуда вы так хорошо знаете украинский?

— У дедушки фирма с Украиной работает, мы раньше часто туда катались. Я жила в детстве во Львове несколько лет. Вот слышу, вы тоже на этом языке собаке своей сказали.

— Дык это ж русский был

— А что, разве большая разница? – Дама удивленно посмотрела на меня, но ее взгляд сразу же вернулся к превратившемуся в выставочную статуэтку Дарику.

— Собаки эти тоже из Украины, почти земляки фирмы вашего деда!  — Перевел тему я. – Хотите себе такую?

— Ой, очень хочу! – Дама выплюнула беломорину, и взмахнула руками: — Красивые такие, послушные… Вот только не могу!

Дама горько выдохнула. Я ожидал услышать чего угодно – дорого, места нет, дети, аллергия, но ни хрена не угадал:

— Я ж дальнобойщица, грузовики вожу, и меня дома подолгу не бывает. Муж, конечно, всегда дома – он домохозяин, но он собак очень-очень боится. Любых, хоть маленьких, хоть больших. У него страх этот с детства, поэтому никак.

В этот момент фотограф закончил выковыривать землю из при-землившегося вместе с ним фотоаппарата, и окликнул даму. Дарику надоело просто так стоять без цветов и оваций, поэтому он двинулся дальше, перестав быть послушным. Да и Юрин, услышавший знакомый голос фотографа тоже не на шутку оживился. Я собрал свою толпу, и пошли мы домой: собаки весело прыгая, веселясь и играя, а я — медленно пытаясь осознать все дно этого современного мира, где дамы -дальнобойщицы водят тяжеленные грузовики, а нежные мужичонки – домохозяева, при этом очень боящиеся даже маленьких собачек.

Юрину один год

Каждому из нас наверняка в жизни встречались такие люди, которых любят все. Ну ладно, пусть не все, но почти все. Не за что-то там конкретное: папу – директора пляжа или маму-прокуроршу или режисриху (эта фемка особенно доставляет, Алена Кочешкова пасибище). Люди эти и не делают особо ничего для своей раскрутки, они может и не супер-красавцы, не в тренде и без навороченных шмоток. Но почему-то рядом с ними всегда толпа, с ними хорошо, уютно, спокойно, драйвово и просто кайф. Их, таких, мало, но они есть. Те из нас, кому повезло общаться с подобными людьми-солнышками, наверняка их сейчас вспомнят, вспомнят и улыбнутся.

Поздравляю! Сейчас вы, сами того не подозревая, подумали и о Юрине тоже. Нет, я не запил. И я не выживший из ума папочка, который считает свою ребятенку самой гениальной и чудесной в мире, особенно на фоне этого нынешнего мира. Мне незачем пиарить песика, пытаясь продать его подороже или куда-то с ним напроситься. Но с той самой первой секунды, как Юрин вылез из машины перевозчиков, и улегся у меня в ногах, в мой дом вкатилось начавшее было закатываться солнышко.

Попробую объяснить. Вот вы видели собаку, которую невозможно обидеть? Нет, Юрин не посещает психолога, и не пьет антидепрессанты, садясь вечером на унитаз в позе немецкого бублика, и дыша через хвост «Оммммм!». Он сам – антидепрессант. На него попытался наехать Рова – помните же этот пост пару недель назад? Его пытается обидеть Дарик, отбирая у разыгравшегося песика игрушки, нагло отжимая у него его юринское место, порыкивая, погавкивая, даже пытаясь укусить. Юрин не ведется на провокации совершенно, лишь улыбается, снова приходит к Дарику, к Рове, зовет их играть. И о, чудо – тает не только Дарик с испортившимся старческим характером, но и злющий, не умеющий и не любящий играть ни с кем Рова. А Юрин пока даже не думает «разобраться» с обидчиками, хотя сейчас и его размеры, и наглость с хамством это вполне позволяют.

То же самое происходит и со знакомыми собачьими старичками, которых в нашем доме сейчас вполне достаточно. Охотники, дворняжки, овчарки – при приближении Юрина заливаются диким лаем и пытаются его цапнуть. Их можно понять – они старенькие, все еле на лапах держатся. А тут такая туша, взлетающая и опускающаяся прямо на пузо. Если хоть краем хвоста Юрин их заденет, они уже не встанут, потому и лают. Юрин же вместо того, чтобы показать, кто теперь в этом доме хозяин, совершенно по-щенячьи оттопыривает попу, кладет голову между своих лап и умильно виляет хвостом, мол, ну ты чего? Давай побегаем! И старички тоже тают. Все до одного, от тихих и скромных, до самых злющих и гадких.

Да ладно собаки, возьмем, к примеру меня: я давно уже не дрессирую своих собак в том смысле, в котором мы привыкли понимать само слово «дрессура». Мы живем вместе одной семьей, когда ситуация доходит до каких-то обучающих моментов, я пытаюсь убрать полутона и сделать эту самую ситуацию двоичной, черно-белой, чтобы собе было ясно, что хорошо, а что плохо. Снова тут никаких соплей и психологов – серьезным собакам серьезный тренинг. Положительное подкрепление? Обязательно. Но вместе с ним и отрицательное открепление тоже: засмотрелся на птичку и пропустил команду «сидеть»? Ускоряю мохнатого шлепком по попе. Что делает юный южачий полный сил и наглости подросток? Идет в обратку? Рычит? Обижается? Неее, он подрывается, садится быстренько, причем старательно прижимаясь ко мне, глядя прямо в глаза и как будто говорит: «Ой, извинити, засмотрелся». И уже стыдно становится мне.

Про то, как Юрин очаровал посетителей и, о чудо чудное — врачей нескольких ветеринарок и сотрудников одной важной госслужбы, я напишу отдельный пост – главное не забыть. Но это было реально круто!

Розовые облачка, единороги и мимимишечки на этом и заканчиваются, собственно. Юрин – настоящий южачище: хитрый, наглючий, безумно упорный, и при этом еще по-детски трогательный, чем и пользуется во всю. Идем на днях с ним по дороге. Сбоку валяется яркий детский носочек. Мы с песом замечаем его одновременно: Юрин тут же начинает тянуть к заветной тряпочке, я командую «Фу». Молодому уверенному в себе псу мое «Фу» иногда почему-то становится пофиг, у него есть цель, и препятствий он не видит. Дальше может быть куча вариантов развития событий: усадить на выдержку, одернуть, обойти, свернуть, пожурить.

Видя драйв Юрина, я выбираю старый досаафовский метод, когда командуешь громко, потом ведешь ногой по земле, одновременно удерживая собаку и отбрасывая с пути то, что собака чертовски хочет. При этом если пес успел на команду среагировать и убрать морду, нога просто отбрасывает предмет вожделения, не успел и увлекся – песик еще и по морде схватит. Да, тут нужна и сила держать собаку, и сноровка сделать все быстро, но меня пока хватает даже на такую лошадь, как Юрин.

Командую, отшвыриваю носок подальше. Юрину, естественно, пофиг, он с утроенной силой рвет дальше и получает тычок по своей наглой пушистой морде. Замирает, останавливается, так трогательно трет лапкой ушибленное место, поворачивает морду ко мне. В глазах неземное удивление: «Ой, ты не видел – что это было такое?» Я смотрю Юрину через челку в глаза, а в голову уже лезет мысль «Не слишком ли я строго его стукнул? Он так смотрит…» Отвлекаюсь буквально на какую-то долю секунды, мысль даже сформироваться не успела, как тут же молниеносный бросок и все – Добби свободен! Идет, улыбается во всю свою огромную пасть, и трясет запрещенным в РФ носочком так, что был бы носок живой, у него оторвалось бы сразу все. Когда ус — пеРл? И где же это несчастное выражение морды на тему убийства маленького щеночка размером с лошадь? Даже следа не осталось!

Ну а если на пути нам встретится незнакомая собака, сразу тушим свет. Ладно, если собака молчит – мы будем очень пристально наблюдать, превращаясь в пружинку, и ожидая малейшего повода для провокации. Но если собака раскрыла свою пасть, тут же начинается ад. С людьми ситуация аналогичная – Юрину пофиг все, от мала до велика, если говорят грубым голосом или что-то против задумали. Да, я знаю, как это все выглядит со стороны, и я знаю, как это и убирать, и глушить. Но. Все это отлично регулируется, когда есть рядом грамотный фигурант, и собака, особенно молодая, может сбросить свои эмоции по делу или по телу. Пока фига нет, эмоциональный сброс у нас именно такой. И уже к нам возвращается слава Дэлла, когда при виде нас люди хватают своих агрессивных собак, и мы с ними активно договариваемся на расстоянии, кто куда пойдет. А почтальоны, звонящие в дверь, сразу отходят на противоположный конец коридора, протягивая трясущимися руками пакеты или посылки. При этом в их глазах застывает одно единственное желание: «А я хочу сибасса побыстрей» (С).

Вчера Юрину исполнился годик! Сложный возраст, когда батарейки заряжены полностью, и электричество аж брызжет во все стороны, но мозг еще не вырос, и за эмоциями не успевает. Старшие собаки уже отдрессированы так, что их поводки на прогулках не ощущаются вообще, только плечи иногда слишком тесно прижимаются к моим идущим ногам. А тут появляется такое юное чудо, которому все интересно, для которого все новое. Он каждый день ставит привычный мир с ног на голову, выбивая всех из всего спокойно-привыкше-устоявшегося в детство, где все как в первый раз, где забываешь, что ты с этими собаками уже кучу лет и снова все начинаешь с нуля, объясняя, рассказывая, гуляя и обнимая, учась и уча дышать вместе, и жить на одной волне.

Год назад Дарик сделал так, чтобы Юрин появился у нас в доме. С тех самых пор Юрин заставляет Дарика не просто жить, а жить весело, с огоньком и матами. Рова первый раз в жизни научился играть, да не просто играть с чужой собакой, а с большим и веселым кобелем (пишу и сам себе не верю, потому что так не бывает). Я вспомнил давно забытое, достал давным-давно спрятанное – игрушки, амуницию, маты как у Дарика, потому что спокойные и чинные прогулки теперь превратились в резкие полеты над гнездом кукушки с криками «тыкудаблядь???», «нетрогайдядютетюсобачкублядь!!!» и «стояяяятьблядь!!!

Каждое утро, ровно в 5:45 мне в руку вкладывается горячий теплый нос зевающей собаки Юрина, который на еще разъезжающихся от сна лапах, бродит со мной по квартире, не отходя ни на сантиметр до тех пор, пока мы не выползем на первую утреннюю прогулку. Все потому, что в дом пришло счастье, собака, которую любят все (ну ладно – почти все) из тех, кто знает его и кого знает он.

Ольга Грошева Оль, я не знаю, как это все описать словами, но они и не нужны особо. Ты понимаешь меня, потому что видела Юрина с первых секунд его жизни, потому что у тебя живет Ровкина сестричка, и Юрина тоже сестричка. И если бы у меня Юрина не случилось (свят свят свят, ну нафиг такое), я посмотрел бы на тебя таким же взглядом, как Юрин на меня тогда, с носочком. Ровно в ту секунду, когда тебе бы стало меня жалко и ты отвлеклась, я бросился б молнией, и спер у тебя Юрина еще раз. И тогда Добби снова был свободен, а я – счастлив. Повторю в стотысячемиллионный раз – спасибо тебе за это чудесное и такое родное чудовище!

Michael Zimberov Мишк, спасибо тебе за чудесные фотки. Мы собрались просто отметить первый серьезный день рождения микролошадки, но я свой фотоаппарат даже не расчехлял. Вместо того, чтобы отдыхать, есть и наслаждаться, Миша гонялся за собаками, прыгал по полям и заборам до тех пор, пока эти самые собаки уже не стали от Миши прятаться 🙂 Все получилось просто чудесно.

Юрин и шапочка

Возвращаемся с Юриным с прогулки. Медленно идем вдоль заборов задней части таунхаусов (там, где находятся их участки). Все заборы живые, у кого кусты, у кого елки густые. Засажено очень плотно, есть просветы лишь над небольшими калитками, остальное — просто стена, вдоль которой мы гуляли уже сотни раз.

Проходя мимо одной из таких калиток, вижу несколько человек, которые сидят за столиком на террасе возле дома. Солнышко выползло, но нифига не греет, поэтому на террасе стоит газовый обогреватель, рядом в камине трещат дрова. Люди мирно переговариваются, пьют что-то из чайных чашек – идиллия в общем.

Мы проходим еще несколько метров вдоль живого, за два метра в высоту забора из каких-то колючих кустов, как вдруг Юрин изворачивается и стрелой прыгает в эту зеленую стену, активно пробиваясь туда башкой и лапами с грудью. Я даже взморгнуть не успел, настолько это было неожиданно – ну прикиньте: идете вы с собакой, она разворачивается и со всей дури бьется головой в бетон. Не знаю, как у вас, но я к таким поворотам готов не был, поэтому пока среагировал, прошла пара секунд точно. Голоса на террасе умолкли как по команде. Уже приготовился дернуть поводок, но Юрин задним ходом вылез из забора самостоятельно. В его зубах была… вполне себе симпатишная спортивная теплая шапочка.

С ужасом я вынул шапочку из пасти Юрина и выдохнул спокойно: внутри не было ни чужого скальпа, ни кровищи, ни кусков мяса. Шапочка, просто шапочка. А на террасе вдруг вновь послышались голоса, только уже осторожные.

— Ах да, — вспомнил я – надо же вернуть инвентарь!

И швырнул шапочку обратно через забор, откуда только что вылез пес, Юрин ее только печальным взглядом проводить успел. Голоса за забором снова смолкли. Я представляю себе эту картину со стороны хозяев дома: сидят себе спокойно, пьют пусть чай, разговаривают. Вдруг из кустов забора вылетает половина мохнатого чудища, снимает с кого-то или (пусть пусть пусть) с чего-то спортивную шапочку и исчезает, а через секунду, на глазах изумленной публики, шапочка обратно влетает к ним на участок через забор. Тут не только дар речи, тут последние остатки разума потеряешь!

Грустный Юрин вернулся домой, немного пожевал ковер, а потом снова принялся за свежую прессу. В этот раз он снова остался без обновки.

Юрин — миротворец

Обычная ночная прогулка, Юрин с Ровкой резвятся, бегают, чего-то нюхают вместе, подбегают за вкусняшками. Юрин попутно отрывается на проходящих подалеку людей, в общем, все как всегда.

Собаки несутся к очередному кустику, занюхиваются. Юрин своей немалой тушкой в очередной раз двигает Рову… И, наверное, это было последней каплей -Рова озверевает и в секунду набрасывается на Юрина. Юрин гораздо больше Ровы, он просто делает два шага назад и удивленно смотрит на Рову, мол, ты чего?

Я подскочил, дал Рове в лоб, ору на него:- Скотина злая, а ну прекрати детей обижать!

Не хочу повторения истории Дарика и Ровы, хотя понимаю, что просто оттягиваю неизбежное: вряд ли родственники вместе уживутся. Хотя.. Впрочем, я отвлекся.

Рова стал, уши грустно опустил:

— Да оно само как-то получилось, я и не хотел, собственно!

Юрин стоит рядом, смотрит на меня, ждет, когда я уже закончу орать и воспитывать. И я закончил. Тогда Юрин подошел к грустному Рове и стал лизать его в ухо и нос! Мы обалдели все, включая Рову. Продолжалось это лизание секунд десять-пятнадцать, не меньше. Потом Юрин нежно взял Рову за холку зубами и потянул:

— Чего встал? Пошли дальше играть!

Рова вопросительно из-под шерсти посмотрел на меня:

— Я только поиграть, честное южачье!

— Смотри чтобы без зубов! — Рыкнул я на Рову, и собаки весело, как будто вообще ничего не случилось, поскакали играться и толкаться.

ЗЫ. Сорри за качество фотки — вообще чудо, что этот момент поймался! Рова под Юриным если шо 🙂

jurin i rova
jurin i rova

Юрину 11 месяцев

Огромная индюшиная нога томилась в большом казане с самого раннего утра. Запахи по квартире витали такие, что я сдерживался из последних сил, чтобы не объесть Дарика, и не впиться своей полной пастью в ароматнейшее и нежнейшее мясо, плавающее в ярко-золотистом и густом бульоне.

Рова живет на кухне, поэтому глаза кота из Шрека по сравнению с глазами Ровы – это глаза подводного китайского самурая, глядящего на Солнце. Уж если мой ненюхающий нос ощущал ТАКИЕ ароматы, я даже себе представить не могу, что там принюхалось Рове. Конечно, он получил свою порцию первым. Прошла секунда, потом другая. Один взмах ресниц, и удивленный Рова смотрит в уже пустую миску. Потом подбегает ко мне, садится возле ноги и умоляюще смотрит прямо в душу:

— Пакармите миня пажалста. Я же тоже вашасабака! Как это «уже даваль»? Это ниправда, в миске ничиго небыль!

Но уговорами нас не пробьешь, потому как дальше меня ждет самая тяжелая утренняя часть едового балета – Дарик. Я наполнил его миску отборным мясом, залил бульоном, наполнил на треть стакан кормом и вынес всю эту конструкцию в зал. Юрин исполнял боевую ламбаду, плавно переходящую в танец ни разу в жизни некормленого лебедя. Его глаза были абсолютно такими же, как у Ровы (сразу понятно, что они родственники). Но я снова был неумолим, поэтому Юрин грустно отправился на место.

Дарик спал. Не, нос его конечно вкусность учуял, но не Государево это дело брать и скакать, аки тупая лошадь. Поэтому Дарик просто косил на меня глазом из-под приспущенных век – не слишком ли далеко я ушел? Но я не ушел, а присел перед Дариком и начал утренний намаз на его уши:

— Дарик, Ваше гавкучество, извольте встать и откушать!

Дарик отодвинул миску лапой и отвернулся.

— УУУУУУУУУУУ!!!!!! – Донеслось Ровино из кухни.

— Тяффффффффф! – Горестно выдохнул Юрин со своего места.

— Дарик, вставай! Пошли пожуешь чуть-чуть! – На слове «Дарик», Дарик непроизвольно поднял голову и стал подниматься. Он ведь последний мой пес с официальными тренировочными дипломами, а опыт и знания не пропьешь. Дополнительно я поманил его маленьким кусочком индюшатины. Вот на этом месте Дарик отшатнулся, и снова улегся досыпать. Правда, глаз за миской следил уже внимательно, хотя пес изо всех сил старался этого не обнаруживать.

Я отошел на несколько шагов и поставил миску Дарика в стойку:

— Дарик, ну пожалуйста! Не пей кровищу, иди поешь уже! Давай вставай и пошли, а то снова падать будешь, как валяшка какая! – Я направился к Дарику, чтобы помочь ему подняться со скользкого пола – коврики он не признает, ибо его Величественному пузу жарко.

Поняв, что я не шучу, Дарик с киношным кряхтением, бурчанием и недовольством потихонечку поднялся и побрел к миске. Эта процедура повторяется несколько раз в день, но играть роль Величества Дарику не надоедает – столько же внимания, плюс несчастный Юрин вздыхает горестно в уголке.

Через минуту Дарик подошел к миске, засунул туда нос. Совершенно по-человечески пошевелил им, и сделал гримасу, как будто повар семнадцатизвездочного гудиеровского ресторана зашел в нашу когдатошнию армейскую столовую:

— Это что за гавнище ты тут набодяжил? – Взворчнул Дарик, отвернулся от миски, и отправился гулять по квартире в противоположном направлении.

— Дарик, иди сюда! Ешь давай! Это свежее и вкусное (несвежее – это если пол-дня в холодильнике, такое мы вааще не едим)! – Но Дарик уже дефилирует к своему сонному месту:

— Вам надо, вы сами это и жрите!

Ловлю его за шерсть и возвращаю к миске, легко окунаю черный нос в золотой бульон.

— Бля, ты шо, берега попутал? – Дарик возмущается, но при этом облизывается. Я беру в руку кусочек индюшки, и практически насильно запихиваю ему в пасть. Дарик уже к этому готов, и выталкивает языком мясо обратно в миску:

— Нихачу-нибуду, таким даже бродяжек не кормят!!!

Обычно как раз на этом месте у маленького Юрина терпение заканчивается. С места поднимается огромная белая шерстяная копна, и тихонечко, думая, что его никто не видит, опустив морду, втянув уши, но забросив на спину пушистый хвост, «малыш» на полусогнутых лапах крадется к миске, свято веря, что он – маленький, и вот именно в этот раз его уж точно не заметят.

Самое тяжелое здесь – не начать ржать. Я продолжаю уговаривать Дарика, делая вид, что ничего не происходит. Но старый пес уже напрягся. Помните, когда Дарик неожиданно рявкнул, и у меня корм, который я ему подсыпать хотел, разлетелся? Вот это случилось как раз в подобный момент.

Дарик начинает рычать. Опускает пасть в бульон и прямо в миске рычит! Юрин замирает, его морда печальнеет прямо на глазах:

— Вот блин, снова не прокатило стать настоящим ниндзя!

Дарик, видя, что Юрин не уходит, продолжает рычать, и начинает заглатывать мясо из миски прямо горстями. Вот в этот момент я подсыпаю корм и увожу Юрина в другую комнату, где ставлю миску с его едой. Дарик успокаивается, спокойно доедает мясо, долакивает бульон и выплевывает корм. Он съедает почти все, но обязательно каждый раз оставляет Юрину несколько кусочков мяса и пару глотков бульона.

Юрин моментально слопывает свое, ждет под дверью, когда Дарик доест и отойдет от миски. Потом он пулей вылетает из комнаты, подбегает к подарку от Дарика и начинает жадно доклевывать остатки Государевой роскоши:

— А чего сегодня так мало оставили, Ваше Южачество? – Сквозь жор вслух мыслит Юрин.

— Эй, недоросль! Скажи спасибо, что вообще хоть что-то оставил! — Огрызается Дарик, облизывая морду и укладываясь на свое место.

— Я не недоросль, я уже доросль! Вы вчера, когда на прогулку собирались, вообще у меня под пузом прошли почти не нагибаясь (Это правда – Дарик прошел под пузом у Юрина. Но пригнулся конечно, это тоже правда).

— Дитятко, это я тебе показывал, как надо правильно и быстро идти к цели. И вообще, щегол, юн еще старшим замечания делать!

— Ну ладно Вам, дедушко! У меня ведь праздник сегодня – день рождения. 11 месяцев уже, так что не такой уж я и маленький. Давайте на обед Вы мне свой тортик из мяса целиком оставите, а?

На самом деле Юрину действительно вчера исполнилось 11 месяцев. Из малюсенького веселого щена он постепенно превращается в большого веселого щена. Лапку на пописать мы еще поднимаем редко, зато веселимся и дурачимся регулярно. А еще регулярно таскаем палки, научились у Ровы есть воду и гонять собак. И людей.

Так что все, кто хочет поделиться с нами именинными тортиками – очень очень ждем в гости! Заодно поможете и Дарика покормить, потому как без прихода лохматого нениндзя к миске он вообще не ест. Я пробовал неоднократно – без Юрина не работает.

Cпасибо тебе, Ольга Грошева еще много много раз за такую вот лохматую ржалочку-выручалочку и Дарикоспасалочку! И с днем рождения нас!

Дарик, Юрин и платок

Середина дня, холод собачий, снова льет дождь, вокруг грязища непролазная. Бреду с Дарькой и Юриным на очередную про-вылазку, настроение в ноль. Юрин по обочине в травке, весело веточки-палочки надкусывает, Дарик бредет по асфальту, ближе ко встречным людям — время такое, что школа закончилась, много малышей, велосипедистов, колясочников, а Юрину ж все интересно, он и прыгнуть может.

Навстречу движется необъятная платкастая тетка, замотанная в ковер. Ярко-оранжевые загнутые ногти цокают по телефону, она вся там, внутрях. На расстоянии метрах в 15 от нее ползет чернявый червячок, по виду лет 5-6, микроличинка такая, в очках. Увидел собак, взвизгнул, крикнул маман, но та не слышала, она ж в телефоне. Тогда микроличинка бросилась спасаться самостоятельно за столб с ящичком с собачьими кулечками. Спряталась, наблюдает.

А что там наблюдать? Юрин занят своими игрушечками, Дарик просто тихо бредет по дорожке. Микрик понял, что ему ничего не грозит, опасливо вылез из-за столба, подошел ближе к Дарику и… взял камень. Замахнулся. От него до Дари было меньше метра, поэтому я особо не церемонился

— Даже не думай! — Рыкнул я на существо, тихо, но так, что в армии некоторые граждане обещали приехать и меня зарезать. До сих пор едут 🙂

Дитятку, видать пробрало, он так и замер с камнем в поднятой руке:

— Что-что? — Испуганные глаза блеснули через толстые линзы. Оно подняло взгляд на меня

— Только шевельнись и….

что «и» я не успел ни договорить, ни придумать. Платкасто-ковровая маман, наверное, спинным мозгом ощутила, что что-то не так. Она повернулась к нам и увидела картинку во всей своей красе.

— СТОЯТЬ!!! — Заорала она, и со всех ног бросилась к нам.

Восточная женщина в гневе — это круто, скажу я вам. Куда там всяким обсосам в подворотнях, просящих мелочь или закурить — они отдыхают нервно и скромно. На меня мчалась тигрица, глаза ее пылали огнем, перед ней неслась такая стена гнева и злости, что я понял — вот сейчас, первый раз в жизни я ударю женщину. Причем не просто так, чтобы отвлечь, а весьма конкретно, правильно ударю. И если я не снесу ее с этого первого удара, на второй шансов у меня не будет. И вообще дальше для меня уже ничего не будет, потому что она оторвет мне голову, затопчет в землю и разложит на атомы. Без вариантов.

Задача осложнялась еще и тем, что рядом все-еще продолжал стоять мамин последыш с камнем в руке. А такая нехилая группа поддержки могла вселить в него ненужные надежды на осуществление задуманного.

В этот момент еще и Юрин решил поинтересоваться происходящим, а к некоторым людям сейчас уже он весьма и весьма неравнодушен. Я внутренне подобрался, все-таки надеясь, что у меня получится хотя бы просто уронить эту летящую тушу в сторону Юрина. А там разберемся уже по месту.

Не угадал. Туша подлетела к нам, и отвесила своему плоду подзатыльник такой силы, что даже у меня в башке полетели звездочки. Дитя попыталось рухнуть на Дарика, как подрубленное дерево. Я выставил ногу, но маман подхватила чирвячка за куртку, и врубила ему еще раз, в другом направлении. В этот раз она его уже не ловила, и он просто грохнулся носом в траву. Раскрыл рот, чтобы начать орать, но из-под платка донеслось такое же шипяще- грозное как и у меня пару секунд назад:

— Заткнись и только попробуй раскрыть рот! — Затем мне

— Извините нас пожалуйста, я не досмотрела. — И снова дитю:

— Сейчас придем домой и я тебя научу с животными обращаться, гаденыш такой! После чего повернулась, достала телефон и продолжила шествие. Дитеныш встал, поднял очки (они, похоже, пластмассовые были), отряхнулся и так же, на расстоянии печально побрел вслед за маман.

Надеюсь, дома у них есть отлично работающая, заточенная и смазанная гильотина.

Дарик и Юрин 17.03.2021
Дарик и Юрин 17.03.2021

Юрин. 10 месяцев

Jurin-10-mesyazev
Jurin-10-mesyazev

Завечерело. Одеваюсь на вечернюю прогулку с собаками. Процесс этот, надо сказать, ни разу не быстрый, ибо кукуха у погоды слетела напрочь: ранним утром -1, днем +19, вечером +2 с небольшими отклонениями. Собакам пока хорошо, шуба всегда при них, а вот мне приходится держать весь арсенал гулятельных шмоток в боевой готовности и в зоне досягаемости. Шмоток много, места жить все меньше и меньше, а убрать лишнее зимнее пока не получается — холодно же. Иногда.

Собаки уже нетерпеливо снуют туда-сюда, какбэ намекая, что пора уже. Я влез в один кроссовок, подтянул ногу аки цапель, чтобы завязать второй. Уже почти приступил к процессу, как вдруг тирлинькнул телефон, лежавший рядом на комоде с обувью. Я знаю, почему у цапель нет сотовых телефонов: потому что, когда стоишь на одной ноге, другой очень неудобно телефон этот включать. Но я отвлекся, на телефон в смысле. Потянулся, чтобы посмотреть, кто это ко мне ночью забрел, как вдруг получил такой четкий тычок в коленку ноги, на которой громоздилась вся зыбкая конструкция меня. Проделано было так удачно и конкретно, что я почти рухнул, запутавшись в не зашнурованных кроссовках, и налетев всей тушкой на комод. Удержался лишь чудом, точнее не чудом, а кончиками пальцев, едва застыв, раскорячившись как йожык, на которого так же вдруг и неожиданно приземлился Боинг.

— ЮРИН, БЛЕАААААААААААТЬ!!!!! – Заорал я нечеловеческим голосом, пытаясь обернуться назад, откуда прилетело! – ТЫ ЧЕГО ТВА… продолжить я не успел, потому что вдруг на меня наехал поезд. Или бульдозер. Или фура какая-то сверхтяжелая. Меня снесло как пушинку, удар был такой силы, что все мое шаткое равновесие тут же закончилось, и я улетел в обувь.

Тапочки, ботинки, кроссовки, сапоги и все что там стояло, очень удивилось и разом вышло из шкафа со мной познакомиться живьем, причем с теми частями тела, на которые оно обычно никогда не одевалось.

Когда свет в моих глазах снова включился, я увидел перед собой радостную морду Юрина, вылизывающую мне лицо:

— Я здесь! – Радостно прыгал он вокруг не переставая лизаться. – Смотри как я быстро пришел! Правда, я же хороший, да? Кста, а чего звал? Чего у тебя вкусненькое есть? – И уселся прямо на меня, лежачего, умудряясь при этом еще вилять хвостом.

Сказать что я охудевился – ничего не сказать. Медленно повернул голову туда, откуда мне в позе цапли прилетело в первый раз. Там стоял радостный Дарик, вилял хвостом, крутил башкой, примериваясь, куда бы еще меня боднуть, и укорял, спрашивая, когда уже гулять-то пойдем и сколько можно валяться в башмаках?

Южаки, такие южаки…

ЗЫ. Юрину 10 месяцев сегодня. Юбилейчичек у веселой бодательной собачки. Вот думаю, с днюхой его поздравлять, или с днем военного? 🙂