Привет из прошлого

Вышли сегодня с Дариком из леса к людям. Вместе с нами выкатилось и солнышко, поэтому гуляющих по центру нашего селения этих самых лЮдей было предостаточно.

Дарику незнакомые люди индифферентны, мне — аналогично, так что идем, наслаждаемся почтилетом. Вдруг замечаю, что на противоположной стороне самой главной дороги остановилась троица, скорее всего семья: парень с девушкой и девочка лет так 7-8. Остановилась, смотрит на нас и очень интенсивно переговариваются. Потом перебегают дорогу, подходят:

— Здравствуйте, а мы вас по-моему знаем!

— ?, «А я вас вижу в первый раз!»

— Ну вы же ходили на площадку SV, и у вас пес был, его все еще «боевой машиной» прозвали?

Тут удивление на моем лице достигло такого предела, что ни словами сказать, ни вслух произнести. Этих ребят я на площадке никогда не видел, да и по-возрасту они еще детьми были, когда я там вместе со «стариками» немецкими с Дэллом занимался.

Парень увидел мое замешательство и улыбнулся:

— У нас дома есть зарисовки всяких разных собак с той площадки, в том числе и такая вот, пушистая! Мы еще подумали, что за странная мочалка нарисована, а сейчас вживую смотрим — ну один-в-один.

И тут до меня начинает доходить: в SV-клубе был очень пожилой дядька, у него была такая же старая немецкая овчарка. Я когда-то про него в жж рассказывал: он работал в полиции, и рисовал со слов очевидцев и свидетелей разные фотороботы (компьютеры уже гораздо позже появились). Надо ли говорить, что почти весь клуб был завешан его обалденными картинами разных немецких овчарок, местных клубных, которые были звездами когда-то, собаками с Бундесзигера итд итп. А в зале, в центре, висела громадная, в несколько метров, картина немецкого овчара в стойке. Про имя той собаки никто ничего не говорил, может просто собирательный образ. Но не суть.

Дядя этот, большой такой и толстый, был офигенским, всегда с удовольствием со мной общался (при том, что по-немецки тогда я мог только очаровательно мычать), был в правительстве ???? нашего клуба и очень уважаемым человеком. Мне, конечно, никто ничего не говорил, но подозреваю, что я стал первым членом — иностранцем нашего клуба, да еще и с собакой непонятной породы далеко не в последнюю очередь с подачи этого дяди.

— Вы — дети нашего клубного главного художника? — Говорю, понимая, что даже имени этого дяди уже не помню.

— Внуки, — улыбается девушка, — точнее я — внучка, это (показывает на парня) — мой муж, а это (на девочку) — правнучка. Деда всегда рисовал только тех, кто ему нравился. Вот и ваша собачка там тоже есть, запала ему, наверное, чем-то.

И тут эта самая микроправнучка, глядя мне прямо в глаза и чуть не топая ножкой громко так произносит:

— Не отдам! Это наши картинки и наша память!!!

Мы, три взрослых, удивленно смотрим на малявку, а она, ничуть не смутившись продолжает:

— Если хотите, приходите к нам в гости, и я вашу собаку сама нарисую. И подарю. А дедино не отдам!

Потом косится на стоящего рядом Дарика и продолжает, уже с сомнением в голосе:

— Только у нас дома пес немецкоовчарочьий, старенький. Ваш молодой пес умеет ПРИЛИЧНО СЕБЯ ВЕСТИ в гостях? Если да, тогда приходите!

Родители продолжали остолбенело смотреть на дочку, я поблагодарил маленькую художницу, попрощался со всеми и мы со зверем побрели дальше, даже не обменявшись телефонами. В гости туда мы не пойдем ????

ЗЫ. Сегодняшний молодой 11-летний Дарик в клипе «выпей море».

scheißbär

Eisbär — Scheißbär

Немного немецкого.

Вечер, пятница, конец рабочей недели и можно расслабиться. Прокатился сегодня в соседний городок по микро-делам, ну и взял Рову с собой: там лесов, полей и рек валом, к тому же новое все. Дела закончили, идем с Ровиком по дорожке. Впереди такая красивая полянка, сбоку столик и скамеечка для пикников. За столиком сидит одинокий мужик, выглядит как типичный работяга, приехавший из просторов бывшего СНГ – большой такой, в рабочей робе, руки-крюки, морда бревном, все обычно. Но есть мелочи: роба вполне себе чистая, на столе тряпичная и очень белая салфетка, разложена нарезка – немного, но на тарелочке, вилка и ножик рядышком, стаканчик неграненый. В центре натюрморта, как и полагается, стоит бутылка водки, такая странная, впрочем, я не спец и внимания на сей продукт особо не обращаю. А еще мужик был совершенно одинок, рядом не было абсолютно никого. И этот последний фактор вместе со скатертью и приборами заставил меня усомниться в стране происхождения гегемона.

Пока я срисовывал обстановочку, мужик пристально смотрел на нас, точнее на Рову. Потом он бросил взгляд на бутылку с водярой, взял ее одной рукой, стаканчик другой и пошел к нам большими шагами.

Рова посторонних не очень, а мужиков посторонних вообще, поэтому я выбрал поводок сантиметров так до 20, чтобы зверь не шевельнулся. Шаг при этом убыстрил, надеясь успеть пройти пролетария до тех пор, пока он к нам приблизится. Но какой там? Мужик стал посреди дороги, загородив нам путь абсолютно.

— О, Eisbär (айсбэр – медведь белый, полярный)!!! – Мужик налил стопочку из бутылки, присел на корточки и протянул ее Рове. – От ты правильный пацан, выпей со мной!

— Он не пьет, собаке алкоголь нельзя… — начал было я, но мужик отмахнулся, просто не обращая на меня никакого внимания, как будто меня там не присутствовало (что там я про свою самооценку загубленную Ровами недавно говорил? Дык все ухудшается, меня не видят вааще) ????

— Выпей братан, у меня и закусочка имеется! – Мужик продолжал тянуть стопку к пасти Ровы.

— Так, хорош! – Сказал я, попытавшись преградить путь рюмки к Ровиной пасти, но снова не успел. Стоило мне раскрыть рот, как Рова двинул на мужика, как обычно – без всякого предупреждения, рыка там или хотя бы грозного топтания. Хотя, если быть честным, нифига не двинул, просто обозначил, потому что с натянутым 20-сантиметровым поводком можно только чуть вздохнуть и вздрогнуть. Вот он и вздрогнул, но так морально конкретно и неожиданно, что мужик, совершенно не ожидавший такого хамства от собаки в ответ на руку, рюмку и сердце, попятился назад. Но он же на корточках был, не забыли? А он забыл, поэтому просто рухнул на спину. Бутылка водки оказалась уже с бережно завинченной пробочкой, она опустилась на пузо рабочему и с ней ничего страшного не произошло. А вот стопочка опрокинулась, причем прямо на робу, разлившись небольшим морем с каким-то странным запахом.

Мужик с удивлением посмотрел на собаку, потом перевел взгляд на бутылку, с нее на пустую рюмку и лужу у себя на животе. Пару мгновений молчал, затем поднялся, повернулся к нам спиной, бережно обнял бутылку и обиженно произнес себе под нос:

— Scheißbär (шайзбэр – медведь сраный)!!!

Всего пара букв, а как смысл меняется, да? ????

ЗЫ. А бутылка водки у него была действительно интересная, так и называется — айсбэр

Дарику 11 лет

Два часа ночи, старый парк, падает густой мохнатый снег. Яркий свет Луны и звезд, смешиваясь с неживым светом фонарей вдоль дороги, превращает все вокруг в павильон Голливуда, потому что уж очень нереально красиво. Недавно пролетел ураган, и очень много деревьев просто попадали туда-сюда. Коммунальщики вздрогнули, навезли в лес и парк своей техники, и попилили все, что уже упало, собиралось упасть и вообще росло не так, как им, коммунальщикам хотелось. Попилили и выложили вдоль дорожки так, что получился вполне себе забор, поэтому ощущение Голливудской сказки сразу сменилось на Голливудский триллер: идешь себе вдоль забора из деревьев высотой в два человеческих роста и ждешь, когда же оттуда выползет динозавр из Юрского периода ????

Впереди, метрах в 20 прыгает Дарик, ловит снежинки, забирается на самый верх спиленных деревьев – оттуда лучше видно, наверное. Я закутался и нахохлился, потому как холодно маленькой елочке, шо пипец. Если б не собаки, из дома меня вытащить в такое время в такое место – да никогда и ни за что в жизни.

Оделся я не слишком, хотя на ушах висели любимые теплые наушники с подогревом, так что красная шапочка уже не нужна. Из наушников какая-то очередная аудио-книжка… Иду, дрожу, слушаю и понимаю, что к размеренному голосу автора добавляется что-то чужое.

— Молли!! Молли!!! Молли!!! – Громко, на одной ноте доносится из леса скрипучий голос. Еще через несколько секунд и показалось то, что эти звуки производило: в бесформенной куртке с остроконечным капюшоном, ростом где-то в метр шестьдесят с каблуками и этим самым капюшоном. Идет и громко орет во все стороны.

Я подозвал Дарика на всякий, хотя никакой живности вокруг, кроме капюшононосца не наблюдалось. Дарик подошел недовольно (это ж его время пастись без привязи), и пошел возле ноги рядом – так, наверное, и ему было теплее. Про себя даже говорить не буду, с одной стороны мне стало гораздо хорошее ????

Существо приближалось и продолжало орать мерзким голосом (я даже не мог понять, это мужской голос или женский, так оно скрипело и вопило одновременно). Дарик удивленно посмотрел на меня.

— Не обращай внимания, – говорю, — мало ли на свете людей, хм, со странностями?

— Эх! – Горестно вздохнул Дарик, поняв, что его в свободный полет пока не отпустят, и продолжил идти рядом. Я подумал, что вообще до конца прогулки его не отпущу: с южаком возле ноги, да еще и без поводка, гораздо теплее, чем когда он носится где попало.

— Бегом собаку на поводок взял!!! – Прервало мои мысли о тепле скрипящее нечто тем же голосом, которым только что орало «Молли, Молли». Я даже сразу не сообразил, что это было адресовано мне, поэтому переспросил:

— Что что?

— Ты чо, тупой, глухой, или и то и другое сразу? Собаку на поводок взял! БЕГОМ!

Обожаю такой тон и такие слова от незнакомого человека, особенно в два часа ночи на безлюдной дорожке в парке, поэтому с ответом особо не заждалось:

— Поцелуй меня в жопу, мудило (перевод стандартного немецкого ругательства средней тяжести, которое можно услышать раз десять за вечер в обычной пивной с шумной компанией). Сказал и пошел, не обращая внимания на. Дарик в человеческие разборки лезет только тогда, когда начинается плотный контакт, до этого же он – совершенный пай-мальчик, ибо ему пофиг и он не злой.

Существо удивленно взглянуло на меня и пошло своей дорогой, продолжая вопить и скрипеть: «Молли, Молли, Молли», так же противно и на одной ноте. Я подумал еще, может оно собаку потеряло, но поводка на нем не было, да и вообще оно странное какое-то было. Но мало ли психов ходит по ночам?

«Молли» удалялось и затихало. Прошли мы так еще с минуту-другую, а Дарик почему-то становился все нервнЕе и нервнЕе. С великим сожалением о теплом валенке, я все-таки отпустил его командой, но Дарик, вопреки моим ожиданиям, не побежал дальше гулять, а резво бросился к очередным деревянным залежам – эти деревья еще не были обработаны на распил, просто лежали ветками друг к другу, образую огромную и безумно колючую кучу не пойми чего. Дарик попытался с разбегу залезть внутрь, но колючек там было столько и они лежали так тесно друг к другу, что пес включил задний ход, выбрался наружу и громко сказал: «Гав!». Сказал и выразительно посмотрел на меня.

— Давай гуляй уже, — мёрзло сказал я, поглубже закутываясь в собственное тело, и пытаясь понять, что же там лопочет аудиокниговый автор у меня в ушах.

— Гавв!! ГАВВВ!! ГАВ ГАВ ГАВ!!! – Громко сказал Дарик, не сдвинувшись с места. Зная свою старшую скотинку, я понял, что он чего-то нашел и не уйдет, пока я не увижу, что или кто там есть.

— Если это чей – нибудь человеческий труп, сам будешь полицию вызывать и им все объяснять! Это у тебя шуба и шапка, а я тут сдохнуть и рядом лечь от холода не хочу и не буду! – Пробубнил я, направляясь к кустам.

— Давай скорее!! – Завопил Дарик – Тут такое!!!

Перчаток у меня не было, нормального фонаря тоже. Кое как я добыл закоченевшей рукой телефон и включил его микрофонарик. Из кучи сучьев и веток блеснуло два желтых огонька. Я навел резкость и увидел его! Это был настоящий леший, который гулял себе по лесу, гулял, как вдруг у него случайно отвалилась жопа. И ноги вместе с ней. Вот он стоит и думает – как теперь дальше ходить? И чем? И куда?

Этот взгляд, полный недоумения, офигевания и страха, из-под взгляда торчала морда, узенькая, тоненькая, как у лисенка, но с усами, как у старой обувной щетки – во все стороны сразу и никуда конкретно. К башке сверху были приделаны два остроконечных торчащих уха. Это была самая настоящая породная дворняжка, она стояла и практически не дышала от ужаса. Еще через секунду я понял, в чем дело – собака-скакака, видать, запрыгнула в кусты на большой скорости, ее зажало, она еще на этой волне свободы прыгнула обратно и развернулась на 180 градусов. В ошейник попала ветка и перекрутила его при развороте, так что собака зависла, как на мебельном крючке для одежды, разве что лапами по воздуху не болтала, а стояла на земле. Ее сдавило, дышать тяжело, выбраться не может и понять, что происходит, тоже не может, ну и поранилась скорее всего. Я опустил лучик света вниз – так и есть: поводок длиной желтой тусклой лентой лежал на земле, уходя в недра кустов, а под собакой была пара небольших пятнышек крови – на снегу их было видно очень хорошо, ну а что там было на ветках – с таким дохлым светом разобрать было ирреально.

Прогулка перестала быть томной. Ошейник был из такого же материала, как поводок, поэтому порвать его руками нечего и думать, а нож с собой на прогулку я давным-давно уже не беру почему-то. Застежка ошейника тоже скрывалась где-то в дебрях, сломать колючую толстую ветку – никак, да и дотянулся до собаки я мог лишь еле-еле. Хорошо еще, что она меня при этом не цапнула, но пес был в таком состоянии, наверное, как олень или заяц, получивший темной ночью удар света дальних фар автомобиля по глазам: бежать и надо, но куда и как?

Я попытался потянуть за поводок, но собака в кустах стала хрипеть – поводок за что-то там внутри колючек цеплялся, и скорее всего еще больше затягивал ошейник. Сам ошейник так удобно оттянулся одним краем к ветке – просто идеально было бы ножницами его подрезать, но где в лесу взять ножницы? А оставлять собаку в таком положении совсем неправильно — если она начнет дергаться, то запросто сможет порвать себя насовсем об эти колючки. Достал ключи – все как один гладенькие, с дырочками просверленными. Они этот ошейник не разрезать, а только погладить смогут. Тут мой взгляд упал на Дарика:

— О, зубастый, иди сюда! – Сказал я ему и Дарик понял. Он протиснул свою морду к моим рукам и морде собаки, после чего взял ошейник в пасть и стал его жевать. Опасность того, что собака его укусит и Дарик в ответ сожрет это несчастье, была минимальной, псу явно было не до разборок. Зубы же у Дарика – вполне себе острые (уж я-то знаю), поэтому через несколько минут леший вылетел на свободу, правда без поводка и ошейника. Лезть в колючки за сбруей – да ну нафиг вообще. Светло-бело-рыжая (фиг поймешь в ночи) собака стояла посреди дороги, улыбалась, и не могла поверить, что она теперь снова может дышать и прыгать.

— Молли? – Тихо спросил я собаку. Она удивленно и приветливо скосила на меня взгляд и завиляла хвостом.

— Давай ее нам возьмем! Я играть с ней буду! Это ж мой подарок на день рождения! Ты же обещал! Это пусть будет теперь моя игрушка, а то со мной никто не играет!!!! – Дарик вопил, громко орал, гаффкал и падал на передние лапы.

— Я согласная! Я буду игрушкой! Я иду к вам навеки поселяться! – Завизжала Молли таким же противным голосом, как и у ее хозяино (пол хозяино не определилсё)

— Полный пипец! – Подумал я, вот только этого мне и не хватало. Где теперь искать то капюшононосное? Может хоть чип у собаки есть? Но это ж в полицию надо ехать, причем прямо сейчас – ждать до завтра и брать эту чучелу домой к двум кобелям да в два ночи – ад же просто.

— Дарик, — говорю, — нахрена ты это чудище отрыл?

— Это мой деньрожденьевый подарок! Все-равно ж будешь искать, что подарить, а тут я тебе смотри сколько времени сэкономил, сам нашел! — Дарик бросился к собачке-лешему и они, визжа и вопя от радости, принялись нарезать круги друг за другом, правда к кустам не приближаясь и просто перепрыгивая через поваленные вокруг деревья.

— Ну и чего теперь со всем этим делать? – Подумал я. Вот не было печали… додумать не успел, потому как Дарик прекратил играть, развернулся в сторону дорожки и глухо так зарычал (а делает он это очень-очень редко). Я подозвал его к себе, и в этот раз уже прикрутил на поводок.

— Молли! Моллииии!!! – К нам приближалось оно в капюшоне, видимо услышав визг и лай своей лешей радости! И по мере приближения, Дарик начинал становиться в свечу, а глаза его засветились бешеным огнем, который стал ощущаться даже через густо завешенную челку. Когда это приблизилось, Дарик уже просто висел у меня на руке, хрипел и старался достать капюшонообразное, отталкиваясь от снега двумя задними лапами.

Оно остановилось в двух метрах от нас и в трех от своей собаки, остановилось и проскрипело:

— Молли! Ко мне! Сюда! БЕГОМ!!!

Последней фразы шабака не дождалась. Она бросила полный обожания взгляд на Дарика, быстро развернулась и со всех лап бросилась по дорожке от нас в глубину парка. Капюшеноносное коротко посмотрело на меня, наверное хотело что-то сказать, но быстро передумало. Вопя свое «Молли-Молли», оно спешно потопало по парковой дорожке в направлении, куда убежала собака, и быстро скрылось из виду. Дарик опустился на снег, сел на попу и стал ругаться:

— У меня день рождения, а ты! А тебе подарка жалко! Я же выбрал! Я же сказал, что хочу, пусть она у нас будет! Не буду с тобой дружить! И защищать тебя не буду! Не даешь игрушечку, буду с Ровиком ругаться на весь дом. И тебе тоже ничего не подарю, так и знай!!! Дарик надулся сам, за всю прогулку больше не надул ни капли и не сказал ни слова. А я с поводка его больше до самого дома не спускал – мало ли, если он то хозяйское раньше меня заметит, кто знает, чем все закончится? ????

Про день рождения Дарик действительно не врал — ему полторы недели назад исполнилось 11 лет, да и истории этой уже недели две, не меньше. Просто у меня все руки не доходили сесть и написать. С днем рождения, мой солнечный пес! Пусть у тебя все будет классно, никогда ничего не болит (ттт), и вообще все будет замечательно ???? Мы потерялись с нашими братиками – сестричками, я не знаю, кто сейчас где и с кем, но всем-всем желаю долгих радостных и счастливых лет вместе. Валерий Львович и Тамара Николаевна, вы точно можете нами гордиться, а мы вам всегда радостно помашем хвостами, потому что мы – настоящий Белый Ветер, одни из самых-самых последних!

Нимношка русскаго

Дальше будет с матом, женским и мужским (С)-Лора Б. ???? Эстетствующие – проходите мимо, а кого не испугало – поехали!

Фрайбург по немецкой статистике – самый солнечный город Германии, в смысле, что во Фрайбурге больше чем где-бы то ни было солнечных дней в году. Не знаю, знает ли об этом сам Фрайбург: недовес солнышка особенно в этом году весьма и весьма. После нескольких недель сплошного серого ничего из туч и снега, солнце наконец-то изволило себя явить и выползти на радость мне. Сразу стало светло и весело, хотя пока и не тепло ни разу.

Приехал сегодня на вокзал забрать знакомого, бросил машину на стоянку, а сам быстрее на солнышко посмотреть, пока оно не передумало. Вышел на перрон, никуда не торопясь, наслаждаюсь яркостью. Приезжает очередной скоростной поезд, метрах в 10 от меня останавливается вагон первого класса, оттуда выходит несколько пассажиров, а за ними…

Девушке было на вид не больше 25, выглядела она как усовершенствованный вариант Орнеллы Мути – просто кинозвезда. Фрайбург – город студенческий и люди на улицах в подавляющем большинстве своем одеты добротно, но совершенно просто и ровно. Я слышал, что так уже одеваются люди практически во всем мире, включая Францию и Италию, но не суть – эта девушка была одета роскошно и стильно, хотя и не броско. Вроде и ничего на ней особо такого не было, но ощущение — как будто королева английская зашла в конюшню балабановского спичечного завода ???? Все точно подогнано и по форме, и по цвету, и по стилю. Сплошная красота — чернющие волосы, смуглая кожа, ярко голубые глаза, ну иностранная принцесса принцессой, и при этом что-то такое, совершенно неуловимо славянское…

Но мое внимание прибило к ней неописуемое горе, которое было нарисовано у нее на лице: огромное, настоящее, вселенское. Она легко выпорхнула на перрон, достала из кармана телефон, быстро посмотрела на экран и резко швырнула телефон в сумку. На ее огромных ресницах висели слезы, губы дрожали. Девушка порылась в сумке, и достала оттуда тонкими и длинными пальцами тонкую и длинную пачку сигарет, затем добыла зажигалку. Руки ее дрожали и прикурить получилось далеко не сразу. Она закрыла глаза, затянулась и я понял, что это последняя в ее жизни сигарета. Вот сейчас докурит и сыграет в Анну Каренину, причем успешно и без вариантов!

— В такой солнечный день исполнение при мне главной роли в фильме про Каренину – это явно лишнее, — подумал я, и направился к девушке: мож помочь чем, а может на самом деле не все так плохо, как ей думается. Между нами было-то метров 10, но на нее, почти плачущую, уже оглядывалось много людей. И первым к ней подошел чернокожий парень, по-виду типичный местный студент: кучерявый, в простеньком костюмчике, небольшой рюкзак велосипедиста за спиной. Он остановился и спросил на немецком совершенно без акцента, случилось ли у девушки что?

Девушка сделала затяжку, выпустила дым в небо, потом навела резкость на говорящего, и глубоко, от всей души и сердца произнесла грудным бархатным голосом:

— Да пошел ты в пизду!!!

Такой посыл я слышал один раз в жизни от тетки, торгующей на базаре семечками, когда проходящая мимо дама попробовала ее товар и сказала, что теткины семечки немного горчат. Вот по эмоциям посыл был именно такой – глубоко глубоко, далеко далеко и без всяких вариантов, что даже мертвый понимает – иначе нельзя, надо встать и идти. Станиславский, если бы такое услышал, сразу бы поверил. И тоже сразу бы пошел!

Шел и я, но к девушке, правда уже по-инерции, понимая, что не все у нее так плохо, как казалось вначале. И уж точно Карениной в ее исполнении сегодня не будет, поэтому уже можно больше никуда не спешить, а продолжать наслаждаться солнышком. Однако остановиться не получилось:

— Ну и хуй с тобой! Я просто помочь хотел! – Произнес обиженный негр на чистейшем русском. И уже собирался было уйти. Но тут пришел я. И услышал, что и как он сказал!

— Да вы охуели здесь матом ругаться! – Вырвалось у меня на полном автомате без всякой подготовки. Я просто сразу реально забыл, зачем туда шел, что и кому сам хотел до этого сказать. Фраза парня меня просто выключила.

Наступила пауза. Мы втроем с удивлением смотрели друг на друга, пытаясь осознать, что и где это было. А потом нас накрыло, всех троих, одновременно! Ржал кучерявый студент, держась за скамейку и сгибаясь пополам, выла от хохота девушка, выбросив сигарету и разбрызгивая вокруг слезы, но уже не от горя, а от этого самого смеха, меня ломало, ржало и выло по-всякому. Такое бывало, наверное, с каждым, когда ржач бешеный и остановиться просто нет никакой возможности, потому как плющит и колбасит. В общем, нашли мы друг друга в центре Европы, чтобы слегка по-русски поговорить ????

Не знаю, сколько это длилось, пока мы ржали. Проходящие мимо люди от нас отскакивали и обходили как можно дальше, потому как со стороны наши завывания смотрелись, наверное, слегка странновастенько. А нам реально было пофиг – мы ржали аки лошади, громко и радостно не пойми с чего. Кто-то из нас (не я) достал бумажные платочки, и мы утерлись, еле успокоившись. В глаза друг другу смотреть было страшно, потому как второй приступ мы бы не пережили – животы болели реально.

Вдруг краем глаза я заметил, что нас стало больше: к нам подошел мужчина лет за 60, высокий, плотный, в совершенно шикарном костюме, с гривой красиво уложенных седых волос. На солнышке блеснул толстый золотой браслет у него на руке..

Мы с кучерявеньким вздрогнули от дикого радостного вопля, и в ту же секунду девушка повисла на этом солидном дядьке так, как встречают дети папу из долгой командировки. Дядя гладил девушку по голове, она, уютно устроившись у него на груди, и при этом умудряясь смотреть дяде в глаза, трещала на настоящем пиццерийском так, что Малахов и Жириновский должны были бы одновременно застрелиться от зависти. Дядя пытался вставить слово, но получалось у него, прямо скажем, слабо, веселый и звонкий голосок девушки (откуда что взялось) затмил собой все.

— Он хотел ей сюрприз сделать – перевел мне негритенок, поняв, что я в итальянском вааще не копенгаген ни разу. Мы улыбнулись друг другу и пошли к вокзальному входу. Больше на перроне делать было совершенно нечего, и плохо там уж точно не было никому.

Отойдя на несколько метров, я услышал в спину тяжелое «ЭЙ». Типичное начало фразы из 90-х, когда в темной подворотне закурить просили. Прямо скажем, это было слегка неожиданно. Студент пошел дальше, не обращая внимания, а может и не понимая, что это было выпущено в нас. Я остановился и медленно повернулся – это и вопрошающих отрезвляет иногда, и самому дает пару секунд на размышления на тему того, что и как делать дальше. Обернулся и увидел картину:

Девушка двумя руками обнимает дядю за шею, зарылась в него и абсолютно счастлива. Мужик в костюме смотрит на меня, глаза его сияют, он улыбается широченной и реально доброй чудесной голливудской улыбкой, машет рукой с нестерпимо сияющим на солнце золотым браслетом и произносит:

— СЫПАСЙИБО, БЛЙАД!

Я люблю тебя, Фрайбург!

Собака не дура

Насмотревшись на очередную порцию обалденных, красивых и расчесанных южнорусских собачек, я решил подпортить породе имидж, потому как в каждой породе должен быть один бандит, отщепенец и лишенец. Поэтому трепещите! ????

Сначала мы очень неудачно сходили к парикмахеру (не давайте мне в руки расческу), ну чтобы хоть как-то можно было сфотографироваться. А затем пошли на прогулку в незнакомое место. Пошли и сломали забор. Рова подошел, прыгнул и забор упал. Ладно что упал, старый был. некрепкий. Но прошел дождь, секция забора была мало того что из какого-то залакированного скользкого дерева, но она еще и мокрая была.

Пока я орал Рове, мол, валим отсюда быстрее, пока какие-нибудь владельцы-наркоманы не потребовали вернуть забор обратно, Рова полез вверх. У него разъезжались лапы и он реально вскарабкался туда просто на брюхе, помогая себе хвостом (у кого там собачки скользкого пола боятся?). Я так и не понял, нафига он это сделал? Заполз, встал и гордо оборзел все окресности, я даже фотоаппарат телефонный успел достать. Надпись на табличке упавшей заборной секции: «Частное владение. Проход запрещен!»

Это был раз. А два…

— Если на вас бежит собака тяжелее килограмма, никогда не отпрыгивайте перед ней в сторону. — вещал я своим знакомым, людям, занимавшимся у меня и со мной на разных площадках. — Собака не дура, она всегда отвернет в самый последний момент — она ж так играется. И если вы прыгните в ту же сторону, что и она, могут быть проблемы. У вас. Поэтому не мешайте собаке веселиться, просто стойте, не шевелитесь и помните — собака не дура…

Собака действительно не дура. Она — ДУРАК!

Darik-10-let

Дарику 10 лет

Веселый блондин на выдержке с медалью ???? И сегодня этому блондину (фанфары) — 10 лет. Золотой, радостный веселый мальчик с чудесным характером, который при появлении Ровика перевернул нашу жизнь так, что я вспомнил не только о том, что у меня живет южак, но и много-много разных совершенно матерных слов на разных языках мира.

Ребят, помните майскую поездку в Москву в Белый Ветер? Я до последнего крепился и был уверен, что просто посмотрю на щенков. Даже то, что Ирина подарила мне первый выбор, меня не покобелило — слишком свежо и больно было, так больно, что я для себя решил с собаками завязать. Совсем.

Но как завяжешь, когда вокруг тебя бегают совершенно одинаковые южако-малявки? Веселятся, возюкаются, смешно рычат и кувыркаются. Я не понимаю до сих пор, как из этой могучей и веселой кучки Валерий Львович выбрал мне Дарика. Да-да, я был не в состоянии их даже различать, помню только, что хотел кобла. И все.

Единственная проблема с Дариком до недавнего времени была одна — из той поездки в Москву нас не хотели пускать на территорию Германии, сложно сюда было привезти полуторамесячного щенка. А дальше было просто золотое время, такое золотое, что я даже забыл про то, что у меня есть собака: Дарик — это человек. Он всегда рядом, всегда веселится, с хорошим настроением, ну разве что на других собак поорет и все. Я и писал об этом много много раз. И так было, ровно до того момента, когда Ровик вошел в борзячесть. Вошел и понеслось. Да что там понеслось — до сих пор несется.

Не думал я, что эта гадская порода подкинет мне такую заковыку: у людей живут парами и коблы, и суки, и все нормально пренормально. Но значит я не людь, потому как мои добрые и веселые собаки вместе рядом жить отказываются. Причем дико переживают, когда кого-то одного уводят, а кто-то остается. И вместе никак, и по-отдельности — катастрофа. Южаки одним словом, что с них взять?

Фоток праздничных не получилось, Дарик сегодня пешочком в общей сложности набегал километров десять. Ну а чего? Именинник же, к тому же и я с гор сегодня спустился. Плюс погодка хорошая, первый реальный день весны.

Всем нашим братикам и сестричкам, с кем мы, к сожалению, практически не общаемся, — крепкого здоровья, терпимых хозяев, долгих лет жизни и толстых котлет в миске. Все наши собаки у нас не случайны и спасибо вам, что вы у нас есть. Не знаю кто как, но я помню об этом не только в юбилеи… потому что эти ккказлы о себе забыть фиг когда дадут

С днем рождения, Дарька. Пойду пожму тебе лапу и отдам последний пока не сожранный сегодня кусок мяса!

Голодный Ровер

Пока нормальные собаки в виде Дарика отмываются после лесной прогулки в дýше, маленький лишенец самовольно проникает в кухню и занимается самопрокормом. Заснять, как хомячится помидор я не успел, он слишком быстро всосался, зато вот картошка оказалась долгоиграющей.

Семинар Т.М. Ивановой

Полная запись официальной части семинара Tatyana Mihaylovna Ivanova о породе ЮРО после рингов 7. Евроюжака в Германии, Bitterfeld. Думаю, будет интересно не только породникам.

Смотрите, наслаждайтесь, задавайте вопросы.

С кем поведешься, так тому и надо!

Прихожу вечером домой с работы, ̶р̶а̶ш̶п̶и̶л̶ь̶ ̶с̶т̶а̶в̶л̶ю̶ ̶у̶ ̶с̶т̶е̶н̶ы̶… Слышу в квартире вдруг начавшийся хруст, громкий, чавкающий. Понимаю — собакам только что выдали по уху. Не, в хорошем смысле этого слова, по хорошему свиному, копченому, лакомному уху, в которое они вгрызлись всеми пастями.

Захожу в зал. Ровик в клетке к лесу передом, ко мне задом. Грызет.

— Привет, собака! — Говорю. Ровка, целый день меня не видел, выходи здороваться!

— И без тебя хорошо было! На двоих нефиг делить! — Доносятся мысли из клетки, челюсти работают в два раза быстрее, а задняя лапа вместе с хвостом тянется к клеточной дверце, пытаясь ее от меня закрыть. Ухо аж засасывается внутрь, сплошное хрумжоржром!!!! И не выходит!

— Вот жлобина одесская, лишенец пищемясокомбинатный, всех за кусочек продашь, недожорец хренов! — Говорю так в Рову, но на него это впечатления не производит, а скорость обжора челюстей ни разу не уменьшается, хотя да, и не увеличивается, потому что больше увеличивать ее уже некуда!

Иду дальше, думаю — ну почему он такой, вечно голодный? Уже скоро больше меня весить будет, а не нажрется никак? И меня даже встречать не выходит… То ли дело Дарик — вот он всегда прибегает, даже ночью ждет, никогда без меня не засыпает, у дверей дежурит, и только с моим приходом мы вместе идем спать. Это чистая правда на самом деле.

— Вот Дарик сейчас меня встретит, он же хороший! Не то что это… — открываю дверь в спальню. Дарик чинно расположился на коврике, в руках, тьфу, лапах передних, зажато ухо и пес аккуратно откусывает от него по кусочку, тщательно пережевывает, как будто вилочкой и ножичком работает…

— Привет, Дарька! — Говорю радостно! — День не виделись. Как дела?

— Вали, откуда пришла! РРРРРРРР! — Говорит мне, напрочь офигевшему, Дарька. При этом хватает ухо, быстренько подскакивает со своего места, отходит подальше и.. начинает молотить по уху челюстями со скоростью Ровика, злобно озираясь на меня и проверяя, не пойду ли я разделять его трапезу!!!

Люди, в смысле собаки! Вы чо, а? Недоедали когда-то? Или я когда-то на ваши ухи копченые покушался? И почему меня вечером после работы и при выдаче ушей никто не лююююююбит???? ????

Ща спою!
Не пускают куму на деревню