Рова — лев

Сижу дома за компом, работу работаю. Вдруг подходит Рова и начинает ласкаться. Рова – суровый мужик с Привоза, он вообще не любитель таких неожиданных нежностей совершенно. Я тоже удивился и.. ну раз собачка сам пришел, я взял расческу и решил его немношк почесать.

— Эх! Я к тебе со всей душой, а ты вон чего! – Грустно вздохнул Рова, и улегся рядом.

Чешу я Рову, только ость чуть-чуть на спине-груди и шее начесал «набил», как пес просится на улицу. Может и обманывает чтобы не чесаться, а может потому и ласкаться пришел что на улицу хотел, а я не реагировал? Дома ведь тепло, на улице холодно, собы много пьют, всякое ж случается.

Шерсть уложить я не успел, она осталась торчать прочесанная в разные стороны, да так, что Рова, сам по себе ни разу не маленький, стал похож на льва с огромной гривой-воротником.

День яркий, солнечный, холодный. Открываю входную дверь дома, Рова выходит на крыльцо и красиво так, картинно потягивается. Я не спешу, пусть песе тоже удовольствие какое-никакое от прогулки будет, не в армии же он.

Мимо крыльца нашего дома идет пешеходная дорожка из района к автобусным остановкам в одну сторону, и в лес в другую. Вижу, как по дорожке, уже почти поравнявшись с крыльцом, идет совершенно немецкая семья: стройный папа в пальто, лет 30 – 35, ведет за ручку маленькую девочку лет 8. С другой стороны от девочки идет мама, крупная такая. У мамы через плечо конкретная сумка-баул, а в руках она тащит за ручку большой дорожный чемодан на двух колесах. Людей этих я не видел никогда, но может они в гости к кому из соседей приехали? И вот еще эта мама с чемоданом…

Дверь нашего дома, большая такая, на доводчике. Она почти уже закрылась после того, как мы с Ровой вышли, но я все-таки успел ее придержать, чтобы не закрылась наглухо. Уже и раскрыл рот, чтобы спросить, надо ли семейству войти внутрь, как вдруг услышал на чистейшем русском:

— Какой же он совершенно охуительнейший!!!

Я аж обернулся, чтобы понять, кто это сказал, но кроме семейства рядом не было совершенно никого. Девочка встала как вкопанная, вытянув руку и показывая на Рову указательным пальцем. Ее нижняя челюсть просто отвалилась, а взгляд был прикован к Рове наглухо. Говорила она.

Папа с мамой тоже остановились, в этот момент девочка отмерзла и повернулась к маме:

— Мам, блядь, ну когда уже ты купишь мне собаку???

Мама поставила чемодан и выпрямилась. Она тоже смотрела на Рову не отрываясь, но обращалась к ребятенку:

— Не, ты прикинь, сколько же оно ЖРЕТ???

— И срёт! – Добавил папа, тоже глядящий на Рову.

В этот момент отмерз и я. Те слова, которыми я хотел спросить у семьи, нужно ли им внутрь, наконец достигли рта, но переключиться на русский от неожиданности не успел. Поэтому дальше весь разговор шел на немецком:

Я:.
— Wollen sie reinkommen? / — Вы хотите зайти внутрь?

Мама:
— O nein nein, Danke! Was für ein wunderschöner Hund!!! / — Нет нет, спасибо. Какой красивый пес!!!

Дочка:
— Wie ein Kuschelbär! / — как плюшевый медвежонок!

Папа:
— Ein riesigeeeeer Eisbär / — Огромный белый медведь.

Вся семья неотрывно смотрела на Рову, хотя и разговаривали, вроде, со мной. Я тоже посмотрел на Рову: ему все это было откровенно похер, и он хотел гулять. Но да, при этом он был очень большой и красивый в лучах вышедшего солнышка. Поэтому я отмерз еще раз, и сказал уже на всем понятном великом и могучем:

— Ну да. Он совершенно ОПИЗДЕНИТЕЛЕН!

В семье возникла пауза, а мы с Ровой спустились с крыльца и пошли по дорожке. Уже возле самого входа в лес я обернулся – троица с чемоданом застыла на том же самом месте, и ни слова не говоря, лишь удивленно переглядывалась друг с другом.

Rova-lev
Rova-lev

Дарик на прогулке

Дарик сейчас почти все время спит, поднимается лишь чтобы погулять и поесть. Ему прописали очередные таблетки – помогают они не очень, но иногда ему становится чуть лучше. Вот в такое «чуть лучше» вышли мы поздно вечером погулять.

Я рассказывал как-то — прямо рядом со входом в лес стоит лесная избушка для всех желающих. Там очень часто заседает мОлодежь и пОдростки, потому что в любое время суток там светло и снаружи, и внутри. А еще есть удобства всякие — столы, скамейки. И уже не надо, как нам когда-то, по подвалам и чердакам шариться.

Идем мы с Дарькой и видим, что избушка полнехонька, хотя время уже далеко за полночь. В этот раз компания там подобралась особенно шумная – гремела музка, столы и скамейки были заставлены бутылками и какой-то едой. Вечеринка была в самом разгаре – парни громко орали и ржали, девушки орали потише, ржали так же. Сколько их там было – без понятия, ну человек 12-15 точно. И всем им, похоже, было очень хорошо и весело.

Прямо напротив этой избушки, через дорогу спилили несколько подозрительных деревьев. Тоже как-то рассказывал — несколько лет назад, детишки из соседней земли поехали в детский лагерь в лес. Там случилась серьезная непогода, и сильным ветром свалило дерево, которое убило ребятенка. С тех пор лесники в наших краях шуршат очень серьезно, деревья проверяют на прочность и пилят их безжалостно. Бревен по лесу навалено достаточно, лежат они рядышком друг с другом, иногда образуя между собой такую узкую дорожку.

Вот в одну из таких дорожек между бревнами, лежащими как раз напротив избушки, своим неспешным шагом Даря и направился. С поводка я его сейчас уже не спускаю, потому что ориентируется он хреново, и сам запросто может забрести в какую-нибудь яму, ложбину или реку. А потом он долго и безуспешно будет искать оттуда выход, до тех пор, пока за ним не спуститься и руками его на дорогу не вывести.

В общем, заходим мы с Дарькой в эту межбревенную дорожку и пес мой присел по своим делам. В этот момент громко долбанула музыка и кто-то из юношей что-то весело и так же громко заорал. Я отвлекся на эти звуки, а Дарька в этот момент решил вспомнить молодость, и не выйти по дорожке, как зашел, а просто перепрыгнуть через рядом лежащее бревно.

Бревно это было небольшим, где-то сантиметров 40-45 в диаметре, и у Дарьки перепрыгнуть его почти получилось. Почти, потому что, когда он уже двумя передними и одной задней лапой через бревно переступил, его оставшаяся задняя лапка за бревно зацепилась. Дарька потерял равновесие, закачался и рухнул. Бы. Бы — потому что не рухнул: я уже включился, подставил руки, и успел его поймать прямо в полете.

Вдруг в избушке вырубилась музыка, и моментально к нам подлетела толпа что-то там празднующих. Офигевшие ребятишки окружили нас со всех сторон и наперебой галдели, предлагая Дарьке помощь, какую-то еду. Кто-то даже куртку протягивал укрыть несчастную собачку! Проехать там на машине нельзя, дык ребята тут же сообразили: давайте, мол, мы его понесем на руках к машине, и в ветеринарку отвезем (а ведь пили они в избушке этой однозначно не яблочный сок).

Сказать что мы с Дарькой обалдели – ничего не сказать. Вообще. Это было более чем неожиданно. Даже Дарик, которому сейчас вообще все пофиг, недоуменно поводил носом, разглядывая окруживших его девочек и мальчиков. А у меня в этот момент реально вот подкатил ком к горлу.

— Ребят, спасибо! – Говорю – Я справлюсь. Если вдруг что, сам донесу. Пес старенький, ему гулять лапами обязательно надо.

Дарик действительно очень сильно похудел, так что помощь мне была бы не нужна, но ребята и не думали расходиться:

— Может тогда поддержать его с двух сторон? Ну чтобы он не падал, когда гуляет? Мы с вами вместе пройдемся.

Я уже поставил Дарика на лапы, поблагодарил всех еще раз, и мы тихонечко побрели по дорожке дальше. Отошли уже метров так на сто, но музыка в избушке все не включалась и не включалась. Я остановился и обернулся: ребятишки, только что безумно праздновавшие и оравшие во  все глотки сразу, молча стояли на дорожке и внимательно глядели нам вслед…

Ровер Добрый

Где-то в мае, когда стало понятно, что в доме будет жить щенок, решил я немношк подугасить пыл страшной злой собаки Ровы Лютого, потому как один щелчок зубами может сразу стать последним для неосторожного и незнающего еще ничего в этом мире малыша.

По законам современного жанра тут должна стоять ссылка на семинар тайного знания с номером карты и припиской – заплатите стотыщщмильонов, и тогда я все-равно не расскажу как работать со злыми собаками. 🙂 Но я не в жанре, поэтому ничего такого не будет. И работы особой с какими-то геймпланами и упражнениями тоже не было.

Дело в том, что Ровка очень, точнее безумно зациклен на человека. Его радует то, что радует меня и наоборот. Его вызверы я не поощрял никогда, но и не глушил, потому что собаке, если она не работает на площадке, и вся ее физика — это долгие гуляние по лесу несколько раз в день, надо как-то эмоционально разряжаться. К тому же Рова швырялся в основном только на тех, кто первыми раскрывал рот, да и делал это абсолютно молча.

Вся моя «работа» заключалась в том, что я перестал одобрять 🙂 Ну и приговаривал еще что-то типа: «Эх, Рова Рова…» в момент желаний Ровки раз и членить какую-нибудь особенно злую псявру.

Сначала Рова не понял, потом стал недоумевать, потом приглядываться. И в общем, как-то серьезно подуспокоился. То есть к нам все-равно лучше не приближаться, но если чужой пес миролюбив (коих тут подавляющее большинство), Рова просто перестал их замечать. При этом мы подружились со многими соседскими собаками, и жизнь стала в целом на тему «набить морду» куда спокойнее (ттт).

Ровка довольно равнодушно принял Юрина, но мало того, что принял, позже, когда щен чуть подрос, он стал с ним весело играть и скакать. Затем Рова перестал пытаться убить Дарика. Дарик перестал орать и троллить Рову, так что сейчас Рова спокойно перешагивает через спящего Дарьку, когда ему надо куда-то пройти по своим делам (ттт два раза). Одних я их все-равно не оставляю, но то, что происходит сейчас, еще несколько месяцев назад было невозможно в принципе.

Изменения, конечно, были налицо. Но, признаюсь, до конца я Рове на тему его миролюбивости не слишком доверяю, просто потому что, во-первых, он южак, а во-вторых, скорость перехода этой звериндры из состояния любвеобильного покоя в состояние озверелости – доля секунды. И уж если он пошел, то снять его без просто дырок на чужой собаке (и это еще в лучшем случае) не получится никак.

К чему я это все, собственно? А вот к чему. Где-то час ночи. Гуляем. Рова все-равно на поводке, бредет тихонечко рядом, траффку нюхает (в хорошем смысле этого слова). Вижу впереди группку ребят и, вроде, каких-то небольших собачек, которые мирно возятся друг с другом без всяких поводков. Рова немношк напрягся, но я решил идиллию ребят не разбивать, поддернул Ровика, и мы пошли обходить всю эту толпень по большому такому кругу.

Ребята, видать заговорились друг с другом, и нас не заметили. Зато их собачки, бросив возню, дико заорав, завыв и загаффкав, бросились к нам. В первом приближении я увидел соседского шарпейчика, который младше Юрина на месяц, а рядом с ним бежали такие-же юные два щенка джек расселов.

— Эй, народ, собак своих заберите! – Заорал я, но было поздно. Какой немецкий щен, если с ним не работать специально, вернется по зову хозяина, когда до хозяина уже далеко, а тут рядышком игрушечка?

Хозяева расселов покричали чего-то, но хозяин шарика, похоже, их успокоил. Просто хозяева шарика раньше нас очень боялись, но потом я их приручил 🙂 к Юрину. Зверушки наши, когда встречаются, чудесно возятся и бегают друг за дружкой, правда недолго. А какой посторонний взгляд в час ночи сможет отличить Ровика от Юрина? Правильно.

Я огляделся и понял, что это звиздец – если вдруг Рове чего придумается, у меня нет шансов. Поле ровное, без ничего. Прятать и прижать Рову просто не к чему – чистая травка вокруг. Все это стадо бежит к нам, орет. Рова вытягивается в пружину, я подтягиваю его на ошейнике и понимаю, что все-равно без вариантов: звери подбегут, начнут скакать рядом, конечно Рова кого-то да надкусит.

Опускаю поводок, ласково говорю Рове: «Рова, это дети!». И Ровка реально берет и расслабляется. Сначала в моего псюндру тормозит шарпей, потом со всех сторон радостно, как мячики, начинают прыгать расселы. Прыгают, тяффкают, снова прыгают. Рова поозирался вначале, повертелся, посмотрел мне в глаза. Я понял и… отстегнул поводок. Люди, это надо было видеть!!! Как же они все носились радостно и весело. Ну до тех пор, пока мой лошадк на одного из джеков лапой своей немаленькой не наступил, и юнец снова не заорал, уже по-настоящему. Все разошлись веселые, усталые, один из них прихрамывал, но снова рвался играться. Это был раз.

А вот и два. День. Светит солнышко, золотая осень, на улице +20 и в лесу нашем почти ни души. Снова бредем с Ровкой, он нюхает листики, задирает лапку. Вдруг нам навстречу девочка-подросток лет 15 верхом на красивой такой лошадке. Рядом на уздечке (если это так называется), она ведет коня. Нет, КОНИЩЩЩЩУ!!! Видно, что конь этот — молодой, но он — огромный, мощнейший грудак, хвост шикарный почти до земли. Ножищи такие, что в одну его ногу можно поместить две ноги лошадки, на которой сидела девочка. Башка – ну это надо просто видеть. Какой-то супер-тяжеловоз, тягач, а не конь.

Увидев нас девочка побелела и дернула лошадку. Их трио стало как вкопанное. Мы тоже встали. Дело в том, что Рова ненавидит лошадей. Это у него еще со щенячества, когда один местный конь под неопытной девочкой пытался зарядить щенку-Рове копытом в лобешник, и мы спасались бегством (рассказывал когда-то). При виде любой лошади Рова напрягается, совершенно уже их не боясь, может швырнуться, причем весьма конкретно. Лошади же, в основном, животные пугливые. Выгуливают их здесь чаще всего юные девочки, иногда катают деток, иногда сами. А когда рук не хватает, берут с собой по две или даже три лошадки на одну прогулку.

Я все эти особенности знаю, поэтому Рову близко не подпускаю – не хватало еще, чтобы лошадь понесла, и девочку какую угробила. Но тут мы встретились неожиданно, просто и мы и они одновременно вышли из-за поворота. Ну и столкнулись почти морда к морде.

— Ой, пожалуйста уступите нам дорогу! – Девочка на лошади говорила тихо, дрожащим голосом, сжимая тонкими ручонками поводья! – Они (лошадки) очень боятся собак!

Нам надо было разворачиваться и быстро освобождать место. Я дернул поводок – Рова не шевельнулся, что было неожиданно. Смотрю на пса и офигеваю: Рова сидит на попе, почти как Юрин, развалив лапы по-щенячьи. Его пасть раскрыта, язык вывалился, а глаза… не, глазищи у Ровы стали похожи на чайные блюдца! Он неотрывно смотрел на коня, прямо глаза в глаза. Я тоже перевел взгляд на это чудище — вот если бы Рова родился конем, он был бы точь-в-точь таким же: огромный, широкий, костистый, уверенный, лапы широко расставлены. Ну разве что конь был черным и тихонечко посапывал. А еще… еще у коня был такой же взгляд, когда он смотрел на Рову. Глаза огромные, как чайные блюдца. И удивленные – таких собак он еще никогда не видел. А еще конь, похоже, тоже думал, что, если бы он родился собакой, был бы совершенно похож на Ровку.

Коню стало интересно, он потянулся и сделал шаг к Рове навстречу. Девочка что-то там сверху сделать попыталась, но куда ей было остановить такую гору? Рова тоже поднялся, потянулся коню навстречу. Я удержал его конечно, но конь сделал второй шаг, да так, что девочка, пытавшаяся его удержать, чуть не свалилась со своей, стоящей как вкопанной второй лошадке.

Ну вот и чего делать номер два? В голове моей пронеслись толпы ругательств на тему того, какого хера выезжать «в люди», если управлять зверями не можешь? Конь тянулся к Рове, убегать было бесполезно. Я стал наговаривать Рове всякие спокойствия и отпустил поводок, но так, чтобы все-равно была возможность сбить Рову, если швырнется. Но он и не думал швыряться, потянулся носом к коню, а конь – к Рове. Они стояли так, просто обнюхивая друг друга. Рова вилял хвостом явно дружелюбно, да и конище никаких признаков ярости или трусости не проявлял. Я не знаю, как это у лошадок устроено – хвостом они ведь не виляют 🙂 Но от него такое спокойствие исходило, и любознательность еще. И никакого страха!

Обозревая окресности на тему «куда валить если шо», я вдруг обнаружил, что вот это огромное жЫвотное с башкой, грудаком и лапищами, оказывается не конь, а конячья девочка, лошадка в смысле 🙂 Она явно нравилась Рове, и это было взаимно.

Звери наши постояли так еще несколько минут, вдруг Рова припал на передние лапы, приглашая лошадку поиграть. Лошадка тоже была не против, но против были мы, причем однозначно. Если бы такое копытце на Рову наступило, быть мне без собаки. Уже не говорю про человечью девочку, как бы и куда она летела в случае таких игрушек.

Уж не знаю как, но зверушек мы развели. Рову пришлось тащить почти волоком, он все-время разворачивался и жалобно поскуливал в сторону лошадки. А черная огромная лошадка тоже шла задом наперед, тихонечко ржа и не отрываясь взглядом от Ровки, шла так до тех пор, пока вся их компания не скрылась за поворотом.

Ровка опустил голову до земли и грустно побрел домой, понимая, что вот так выглядела любовь всей его жизни, и больше он ее никогда не увидит. Проезжающая недалеко скорая с сиренами добавила грусти в этот осенний пейзаж, и Рова, не выдержав всех переживаний, сразу свалившихся на его мохнатую голову, горестно завыл…

2020-11-12-Jurin

Юрин и мужик

Когда-то давно в жж я рассказывал про мужика, с которым мы иногда встречались в лесу. Мужик рулил на велосипеде, в корзинке у него сидела маленькая собачечка. Мы уступали ему дорогу, но Дэлл и Булка провожали его громким лаем. Мужик огрызался и орал мне, что собак воспитывать надо. Мои собаки были на поводках, мы уступали ему дорогу, но он орал все громче и громче. Однажды я не выдержал, и заорал ему вслед, чтобы он крутил педали и быстро. Мужик остановился, слез с велосипеда и вопросил:

— А то что?

— А то будут проблемы со здоровьем! — Уже реально не выдержал я и стал привязывать собак, надеясь на близкую интимную встречу.

Мужик посмотрел на Дэлла с Булкой, потом на меня, сел на велик и молча уехал.

Не стало Дэлла, потом ушла Булка. Дарик еще орал вслед мужику, а Рова просто молча швырялся, потому что у мужика появилось и ушло тоже несколько собак, и последняя из них, маленькая шавочка, орала так, что у нее вываливались глазки и казалось, она вот-вот выпрыгнет из собственной шкурки.

Мужик пытался ее заткнуть, но безуспешно. А я орал ему вслед, что собак воспитывать надо ???? Потом у мужика этого собак не стало вовсе. Пересекаться мы стали гораздо реже, но теплых чуйств друг к другу не испытываем, что и понятно.

Это было вступление для тех, кто с предысторией не знаком.

Итак, сегодня. Гуляю со своим тяни-толкаем, в смысле с Дариком и Юриным. Собачки поплавали в речке, Дарик выпил половину моря и тихонечко идет, периодически задирая лапку. Юрин же, как и положено молодому южачьему червячку, беснуется по-полной: поднимает ворох листьев, попрыгал по речке как лягушка — прыгнет на пол-метра вверх и плюхается животом прямо в воду, поднимая фонтаны брызг. Потаскал бревна, покусал деревья, порыл норы и ямы. В общем, развлекается дитятко.

Бдерем по тропинке, вдруг слышу сзади ор грубый:

— Дорогу! ДОРОГУ!!!

Обычно велосипедисты тихонечко сигналят звонком. И, конечно, дорогу мы уступаем. Тем более, что Юрин на рулетке, трос тонкий и его не видно. Если велосипедист какой не заметит, навернется знатно. Понятно что страшно, но орать-то так зачем?

Поворачиваюсь — о да, наш старинный мудакознакомец, педалит сосредоточенно, смотрит зло.

Отодвигаю Дарика на обочину, выбираю рулетку Юрина так, что мы оказываемся на нашей половине дорожки. Но велосипедасту этого мало, он и не думает хоть чуточку принять в свою сторону, едет ровно по самой середине.

Каюсь, было нежное желание его тихонечко ускорить куда-нибудь в кусты, а потом исполнить давнее желание нежно потискать его в своих объятиях ???? Понятно, что делать я бы этого не стал…

Но мысли читают собаки.
Собаки читают мысли ????
Южак — это подлая псина!
А Юрин — южак однозначно ????

Да, Юрин достиг ирреальной скорости в плане выщипывания палочек-бревнышек. А у мужика к велосипеду была приторочена какая-то труба или карниз из пластика, длиной под два метра. Так аккуратно вдоль рамы привязана и выступала прилично так за велосипед. Сзади на трубе висела красная тряпочка — все по правилам, габариты, все дела.

Юрин сидел на своей щенячьей попе. Ему было скучно, а тут рядом проехала развлекушечка. Он ничего не делал, даже не вставал, просто щёлкнул своей крокодильей челюстью. Труба осталась в его пасти, велосипед поехал дальше уже без трубы.

Мужик, видать, так был озабочен прогонянием ???? нас с пути, что потери бойца, в смысле товара, не заметил. Юрин остался сидеть с трубой в пасти!

— Юрин! — Говорю, — плюнь гадость сейчас же.

Юрин команды знает, пасть раскрыл, труба вывалилась и закатилась в листья. Нет, не окликнул. Знаю — минус в карму, но счастливая морда веселого Юрина мне куда дороже ????

2020-11-12-Jurin

Юрин и газета

— Пять месяцев сегодня! День рождения, хоть и маленький!

— Ага. Чего дарить будем?

— Давай подарим Юрину книгу?

— Зачем? У него же уже есть одна.

— Нет. Уже нету ????

Братики-сестричка, мама-Тато, папо-Боря — с праздником нас всех. И да, подскажите уже наконец, как пройти в библиотеку? ????

Как пройти в библиотеку

Женщина, я не танцую

Не успеваю ни писать, ни выкладывать то, что наснималось. А еще не успеваю поражаться тому, как же быстро они растут! Вот же только маленький щенуля был, а уже почти с другана своего ростом.

Тут мы гуляли в самом начале сентября. Прошло ведь совсем ничего, а уже даже на глаз видно — снова вырос. Может кормить Юрина перестать? Но это ж чревато — голову откусит 🙂

Злобный хаски

Сморкалось!

Сворачивались на ночь в тучи последние лучики солнца, отбрасывая лишь странные тени, а луна еще и не думала выкатываться. Это очень нелюбимое время: видно плохо, и в эти часы гуляет мало кто и из нормальных людей, и из нормальных собак.

Но мы — выше предрассудков, поэтому бредем в это самое время по лесной дорожке. Не, ну а кто сказал, что мы нормальные? Кто и когда вообще видел нормального южачиста в последний раз? 🙂

Кста, мы — это медленно трусящий, бесповодочный Дарик, и скачущий по кустам и речкам рулеточный Юрин. У Дарика теперь ритуал – он выискивает самое-самое место для вечернего туалета. Прогулка наша может длиться часами, пока собаченько не найдет, где вкусно покакать, ну а щенуле Юрину это все только по кайфу — можно поплыть за палочкой, можно залезть в целебную горно-речную грязь и вылезти оттуда настоящим ньюфом, у которого из белой шерсти осталось только ничего. Вообще ничего.

И вот, наконец, свершилось: Дарик унюхал место и стал топтаться по нему кругами, желая присесть поудобнее. Дарик бы не был Дариком – уселся он как раз в том месте, где лесная дорога пересекается с дорогой полевой. Между ними речка и только один мостик, то есть обойти это место вообще никак.

А по полю, в сумерках уже почти закатившегося солнца шли трое: он, она и волк! Серые тени, спускающийся туман и сами персонажи делали картинку практически готовым фильмом ужаса: он ел ее.

Наверное, по сценарию был задуман поцелуй, но эрос так насел на уши его, что он перестал себя контролировать, запрокинул голову её, поддерживая двумя руками, и вгрызаясь туда с чваканьем и чавканьем такое силы, что их слышно было куда лучше, чем видно. Она шла, шатаясь, с запрокинутой головой и опущенными руками, уже не сопротивляясь и понимая, что сейчас из нее выпьют жизнь.

К одной из рук вампира был привязан поводок, довольно длинный – метра три-четыре. На другом конце поводка болтался волк. Ну, точнее, хаски, правда довольно странный – высокий, поддернутый, на худеньких ножках и вполовину тоньше нормального хаски.

— Эй, люди, вообще-то у вас есть собачка! – Хась несколько раз приближался к вонзившемуся в нее нему, но получал либо в лоб рукой, либо пинок ногой, после чего жалобно взвизгивал (скорее от обиды, чем от боли), и отскакивал подальше на всю длину поводка. Его не ели, и ему было скучно. Было, но недолго – хась увидел нас.

Нас и правда сложно было не увидеть – белым пятном и вопросительным знаком, к лесу передом, ко всему миру задом, восседал скрючившийся большой Дарик. Пятнышком поменьше и почернее скакал радостный Юрин. И все это прямо перед носом у волчищи, который был обижен на весь мир, и не знал чем заняться.

В свете звезды мелькнул желтый злющий взгляд. Его заметил не только я, Юрин тоже остановил свои прыгания, подошел поближе:

— Ой, собачка! – Юрин радостно завилял хвостом. Он еще не знает, что у этого мира есть зубы и когти. Да и пусть не знает пока, это еще успеется.

Троечка неукоснительно приближалась. Напряженный хась пригнулся к земле и трусил неподалеку от хозяина, явно готовясь к чему-то совсем уже не хорошему.

— Дарик, давай уже заканчивай! – попытался я ускорить пса и убраться с этого пересечения дорог, дав троечке просто пройти мимо.

— Сэр, не не надо меня торопить! – возмутился Дарик. – Во мне еще столько всего, что я должен поведать миру. Или Вы хотите, чтобы я продолжил дома?

И пес, потоптавшись, только уселся поудобнее. Хась же уже совсем не скрывал своих намерений. Он подотстал на всю длину поводка, чтобы разбежаться сильнее, припал на лапы и тек по дорожке серой тенью. Уже совершенно точно было ясно, что своей мишенью этот настоящий серьезный боец выбрал не огромного по его размерам Дарика, а маленького Юрина.

Юрин сообразил, что что-то не так. Задрал хвост на спину, перестав им вилять, и подошел ко мне поближе. Я пристегнул к Дарику поводок и попытался окликнуть вонзившегося в тетку мужика, мол, собачку одерни! Да какой там! Он продолжал доедать ее, уже просто негромко похрюкивающую, высасывая оттуда последние останки. Мир вокруг для него не существовал вообще, ну и тем более мы – нас ведь так просто съесть нельзя, еще и догнать надо.

— Ну вот почему так всегда? – мелькнула мысль в моей голове – Подобное встречается довольно редко, но когда встречается, Рова млеет и отдыхается в садике, а разбираться приходится мне со стариком слабеньким и ребенком маленьким.

И тут же вдогонку другая мысль – если бы рядом был Рова, шансов удержать его, совершенно озверевшего, защищающего маленького Юрина даже от пролетающих птичек, у меня не было бы никаких (разве что бросить поводок Юрина). А ведь Рова просто убьет, драки не будет, не тот соперник. Ну, и оно надо? Собаку ж жалко, а до чавкающего вампира еще добираться и добираться.

— Все что ни делается, все к лучшему, хотя лучше бы оно и не делалось! — снова подумал я. Хасище (ессно, это был кобель), приблизилось к нам, вполне себе чтобы достать, и ринулось в атаку. Две длины поводка позволили ему разогнаться вполне серьезно, и он бросился на Юрина.

Хорошо, что я все-таки немношк с собаками возился. Драк этих на моей памяти и с моими собаками было столько, что для нормальных людей на несколько жизней хватит. Я резко дернул Юрина поводком назад, прикинув, что хаскиного поводка дотянуться до моего щенка не хватит.

Все было бы так, но хась прыгнул с такой силой, что его хозяин, дожевывавший самку человека, просто выпустил поводок. И собаковолчище оказался свободен. Вмиг его голова оказалась там, где только что стоял Юрин.

Не, я люблю собак, но до тех пор, пока они не трогают моих. Поэтому я громко заорал (а голос у меня – тот еще, в армии взводом командовать – это ж уметь надо). И резко, но не сильно ударил прыгнувшего хася ногой под челюсть, чтобы сбить его с линии атаки в сторону. Сначала хотел врезать жестко, но посмотрел на эту худобу и понял, что его запросто можно поломать. А собаку все равно жалко, какой бы идиот и эротоман ни был его хозяин.

Хась улетел в сторону… Про Дарика я совсем забыл. А Дарик не забыл. Увидев развлекушечку, мой, довольно мирный, но громкий пес, почему-то передумал орать, и, раскрыв пасть, подошел ко мне с другой стороны. Точнее он просто раззявил пасть, куда и влетел с моей футбольной подачи нападающий хась.

— Вообще-то я считаю, что применение физической силы – это ниже человеко-собаческого достоинства. Ну и допустимо разве что для такого плебса, как Вы, Сэр! – Высказался в мою сторону Дарик. – Но уж если вы настаиваете… И сомкнул свою пасть! Намертво!

Что-то хрустнуло довольно громко.

— Если у Дарика сломался зуб или еще чего похуже, я сейчас съем эту шкурку собаки! – Озверел я, но мысль моя оборвалась от жутчайшего воя:
-Нахууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууййййййййййййй! – возвопил нечеловеческим голосом собаковолк. А с какого ж ему вопить человеческим? Он же собака – снова подумал я!

Хась влетел в Дарика и сбил его с нетвердо стоящих лап. Дарик же, не думая бросать жертву, тут же взобрался на нее и рухнул сверху всей откормившейся тушкой – лапки ж держат его не очень, но южак есть южак всегда. Правда в этот раз я так и не понял, хотел Дарик его сожрать, как южак, или просто трахнуть, как сейчас модно в этом свете.

— Дарик, Вы с ума сошли? – Удивился я. – Так же нельзя. Сожрите его лучше, не позорьте породу!

— Но, Сэр, — Дарик говорил невнятно, дожевывая ухо хася, – Вы перестали читать современную прессу? Или Ви гомофоб? Тогда две радуги Вам в дом.

Тут я услышал еще один рык – Юрин начал бухтеть рядом, порываясь двинуться к этим разборкам. Его глаза были похожи на блюдца из-под кофейных чашек. Он просто офигевал от увиденного и не понимал, что с этим всем делать.

Хась был куда моложе Дарика, поэтому я был готов в любой момент прийти Даре на помощь тяжелой артиллерией. Но не случилось: Хась вырвался из жестких объятий своего нового южнорусского друга и с нескончаемым воплем умчался в леса. За ним лентой развивался серый поводок, прямо на глазах окрашивающийся во все цвета радуги.

— Дарик! Как ты мог? – С укором я посмотрел на собаку.

— Ну, за неимением горничной, Сэр – Дарик потупился. – да и один раз — не этот самый ас!

На слове «ас» я вспомнил, что вообще-то у хася был хозяин. Вспомнил и оглянулся: хозяин стоял не шевелясь от увиденного. Его рот широко раскрылся, и оттуда выползла вся обслюнявленная она. Ее глаза были такими же, как у Юрина.

Наверное, от моего взгляда, хозяин опомнился:

— Ванья! Ванья! Стоять! – Заорало чудище и ринулось в темноту. Самка человека поскакала за ним, быстро, но молча.

— Твою ж мать! Хась еще и Ванья! – улыбнуло меня. – Следующую свою собаку назову Гитлером и тоже буду орать на весь лес: «Гитлер! Стоять! Жри печеньку!»

Привел Дарика домой и увидел, что вся его пасть в крови. Трясущимися руками полез отмывать – не его кровь. У него только десны кровоточили, а так – даже без царапин: шуба помогла, да южачья наглость еще 🙂

Призовой фонд бойцу ММА был – дополнительная порция курицы и большой кусок бычьей вырезки. А что – заслужил же, я щщитаю. К тому же 13 с половиной лет бойцу сегодня, не вижу повода не отметить 🙂

На фото старенький Дарик свернулся калачиком на старенькой подстилке рядом с передним сиденьем, в моей старенькой собачьей машинке. Все-таки южаки – удивительно компактны.

UPD: Леонид Филиппов — спасибо за знания и коррекцию моего русского языка 🙂

Дарик в машине
Дарик в машине

Дарик — охранник

Грустно смотреть, как стареют люди и собаки. Время, конечно, ссука та еще. Веселый и говорливый Дарик никогда не уходил с поста возле калитки. Еще вместе с Булкой они оторвали защитную сетку с нижней части ворот, устроив себе телевизор и не пропуская мимо ни одной живой души от собаки до лошади с человеками.

Оставлять Дарика в садике было проблемой — если какая непогода, он никогда не уходил со своего поста, не прятался ни в домик, ни в вольер, даже под деревья. Всегда лежал и бдил, чтобы никто и ничего, даже если и вымокал до нитки.

Сейчас все изменилось. Да, иногда он может и погаффкать, даже швырнуться, но в основном просто наблюдает, встает, подойдет к забору, понюхает проходящих собак. А вчера разморился на солнышке так, что вообще проспал и то, что скрипучая громкая калитка открылась, и не заметил, что я подошел к нему практически вплотную. Проснулся он лишь тогда, когда я его позвал.

Днем, как и все старички, он сладко спит, зато ночью устраивает нам грандиозную дискотеку — тяффкает, завывает, орет. Приходится выводить его на волю пару раз минимум, гулять по часу, пока собачечко нанюхается, наподнимает лапку везде, где хочет — жалко же его, старенького. Но нам радости и спокойствия это не добавляет ни разу. И еще спать хочется постоянно.

С Юриным, пока погода хорошая, гуляем очень много, поэтому обычно наша микрособачка засыпает стоя, сидя, лежа, везде, к чему прислонится 🙂 И вчера, пока мы с Дариком гуляли, Юрин уснул прямо на проходе в спальню — любимое место Дарика. Там можно лежать, бдить и никого не пускать (именно с этого когда-то давно и начались разборки Дарика и Ровы).

В общем, привел я Дарика домой глубокой ночью. Снял с него сбрую, и ругаясь в душЕ на чем свет стоит, ушел спать. Дарик похлебал водички, и побрел за мной в спальню. Ан нет — путь закрыт спящим и видящим сразу десять снов Юриным (обычно, когда проходишь рядом со спящим Юриным, он обязательно хоть пару раз, но вильнет хвостиком. Но тут лежала просто шкурка мексиканского тушкана и сопела себе, никого не замечая).

Дарик потоптался, помялся, понял, что никто не собирается открыть путь. И что? Правильно. Начал скрипеть, стонать, кряхтеть, чтобы путь этот ему освободили. Да только не сложилось — мне шевелиться уже не моглось, остальные спали.

Дарик посмотрел налево, направо и включил громкость. Офигенно работает в три часа ночи, доложу я вам! В общем, грешен и каюсь: вскочил с постели, потряс его за шкуру, наорал так, что соседи наверняка восхитились. Пригрозил, что если еще раз мяффкнет, прибегну к нетолерантным методам, ибо заколеб — целый день лежит где попало, места в квартире немеряно, но вот надо именно сейчас только туда, где уснул малыш. Хорошо еще, что не туда, где спит Рова 🙂

Закончив процедуры, я снова лег, но сквозь прикрытые глаза наблюдаю за Дариком — пискнет еще раз или успокоится наконец? Дарик покрутил головой и понял, что за него работать никто не будет.

— Ну что за гадские у меня хозяева! — Совершенно по-человечески выдохнул пес, спокойно, даже не думая напрягаться, переступил через маленького Юрина, пошел и улегся на его законное место, куда в этот раз малыш просто не дошел -свалился раньше.

Больше в эту ночь Дарик меня не будил, ибо встать с отжатого — чревато! А бедный маленький Юрин так и ютился в проходе, на голом полу до самого утра. 🙂

Собачье счастье

А помните, как в детстве — уйти со двора куда подальше, чтобы родители не докричались. Теплый дождь с неба, лужи, через которые не перепрыгнуть. Футбол уже спущенным мячом, ворота из консервных банок. Казаки-разбойники, сбитые коленки, разорванные рубашки, синяк под глазом. И счастье! Полный, огромный, необъятный океан настоящего детского счастья!