Год назад. Небольшой итальянский городок на берегу моря, такой внутренний курорт для местных с редким вкраплением иностранцев. Обеденное время. Отдыхающие отползают от лежаков с зонтиками, и идут кинуть в себя чего-нибудь повкуснее мороженого, фруктов и орешков, продающихся на пляже.
У нас же — дневной выгул стада по расписанию. Надо сказать, что выходят гулять собаки в это время очень неохотно — в номере кондиционер, закрыты шторы, тишь да прохлада с гладью. На улице же палящее, растапливающее асфальт солнце, и просто огромная куча народа, гуляющая туда-сюда по променаду. При этом (ну мы же знаем, как места выбирать) — у каждого третьего гуляющего — на поводке по собачке, и собачки эти иногда очень разговорчивы, как коренные итальянцы.
Южаки в Италии заходят местным очень хорошо. Я все пытаюсь про наш отпуск написать, но как обычно — руки не доходят. Там было несколько чудесных эпизодов, но не буду спойлерить, мож когда-нибудь смонтирую и сподвигнусь. Вернемся к прогулке.
Рова и Юрин выползли на променад, отошли чуть подальше на огромную гулятельную поляну. Жарко было настолько, что псам было лень моргать, не то что на разную адаптированную к солнышку местную мелочь реагировать. Псы быстро слили ненужную жидкость из своих радиаторов, и мощно потянули обратно, в номера.
По-правде, в номера хотелось и мне, ну или в крайнем случае на пляжный лежачок под зонтик, поэтому по сторонам я особо не смотрел, просто шел по внутреннему нафигатору медленно переставляя ноги. Громкий окрик: «Ээээ!», обращенный к нам, дошел до моего расплавленного сознания не сразу. Собаки не отреагировали вообще никак, я же поднял затуманенные глаза и огляделся. В метре от меня по Рову (в смысле, по правую руку) стояло оно:
настоящее итальяно веро: солидный дядько, где-то метр-восемьдесят… в ширину, тройной подбородок, шорты выше колен в цветочек, майка, не закрывающая даже половину волосатого выпущенного поверх всего жЫвотищи и толстая золотая цепочка. Эх, ему бы еще белую шляпу и толстенную, как и сам хозяин, сигару — был бы просто совершенно киношный персонаж. Но нет, шляпы не было, были волосы до плеч с какими-то завитушками. Мужик стоял и пристально смотрел на нас.
— Си? — спросил я, нифига не зная, в тему си-е или нет, но мужик обрадовался, заулыбался, думая, что он разговаривает с понимающим и выплеснул хорошую такую порцию радостных итальянских букв прямо мне в голову. Тут собаки мои тоже подняли свои вопрошающие бородатые морды на говорящего, и я понял, что меня выдали
— we no speak americano, то есть italiano! — Промямлил я в ритме известной песенки, собираясь идти дальше. Но мужик не унимался, хотя и погрустнел. Он задумчиво осмотрел нас еще раз и произнес коротко и отрывисто:
— Bobtail?
Рова на это только хмыкнул, а вот Юрин… Он взревел, как сирена у колонны машин пожарной охраны, взвился на задние лапы, пытаясь добраться до говорившего и заставить ответить его за базар и оскорбления!
Произошло все довольно неожиданно, ревущая мордень Юрина вмиг оказалась всего в полуметре максимум от лица итальянского дядьки. К чести последнего, он даже не дернулся, как стоял, так и стоял, продолжая смотреть на беснующегося Юрина. И когда я осадил наглую озверевшую скотину (я сейчас про Юрина) попой в горячий асфальт, мужик совершенно спокойным голосом произнес:
— No, definitely not a bobtail.
Пару дней назад вот этому не-бобтейлу исполнилось 6 лет. Традиционно я не понимаю, как и когда это успело произойти. Собака, которая на удивление безпроблеммно вписалась в нашу очень непростую стаю, и своим характером очаровала меня так, что мне захотелось продолжения банкета в виде егойного сына. Пес, пусть будет все, как тебе хочется (только не грызть никого, а то я тебя знаю), ну а о мясе в твоей большущей миске, мы обязательно позаботимся!



