Дреды в дю Солей

По лесной дорожке ехал на велосипеде здоровенный мужик. Его чернющие волосы были заплетены в дреды и было их, мягко говоря, не мало. Они торчали во все стороны как антенны на сотовой вышке.

Рядом с велосипедом бежало пули, или существо очень похожее на пули — все заросшее, чернющще, в таких же точно дредах, как у хозяина, высунувшее розовый язык и не забывавшее радостно вилять хвостом даже на бегу.

Завидев нас с Ровой, пули весело тяффкнуло, и со всех лап бросилось к нам знакомиться. От такой приятности Рова привстал на цыпочки и аж глаза зажмурил: черное, лохматое, тяффкнуло первым и само в пасть летит! День еще начаться не успел, а уже такое счастье подвалило.

Я резко подтянул поводком Рову к себе — уж больно забавной была веселая собака. И уже собрался раскрыть рот в хозяина, но не успел.

— Эй! — Негромко произнес продолжающий крутить педали в нашу сторону хозяин. Вот просто «эй» и все.

Пес развернулся в воздухе, на такой же скорости бросился к хозяину, на ходу еще раз развернулся и слету, прямо на ходу запрыгнул в открытый короб-сумку, который висел перед рулем на переднем колесе как багажник. Удобно устроившись в этом коробе пес задорно тяффкнул еще раз и радостно завилял хвостом Рове.

У Ровы отвалилась челюсть и он уселся на попу, как всегда делает в подобных случаях. И я его понимаю — очень неожиданно, когда мимо тебя проезжает цирк дю Солей, а ты стоишь в стороне как дурак и без билета

Морды страшные

Рова – собака молчун. Конечно, в исключительных случаях, в основном, когда он хочет кому-нибудь ввалить, но не получается этого кого-то достать, вот тогда эта зверюга может зло и страшно разораться, но обычно… он пытается достать. Другое дело – Дарик: ему для громкого пения песен о тяжелой южацкой судьбе достаточно даже того, что его закрыли не там, где бы ему сейчас хотелось, что вода в миске не достаточно свежая, что пора бы и погулять уже, ну и так далее.

Именно поэтому можете представить степень моего с лежащим у меня в ногах Дариком удивления, когда из зала с закрытой дверью раздался даже не лай, рев Ровы. Нет, в дверь никто не звонил, пес мой в большом зале был один, и попасть туда не мог даже Карлсон: окна в зале были только откинуты, а не открыты.

Дарик тут же поддержал закадычного врага громким воем, от которого я сразу оглох и выбежал в зал поглядеть что же случилось? Рова стоял лапами на подоконнике и продолжал дико орать в стекло, периодически тыкаясь в него носом и зубами, которые звонко лязгали. Я малость ошалел – не, если бы это был домик в деревне и полаять на прохожих – святое дело, но, блин, СЕДЬМОЙ ЭТАЖ!!! Туда далеко не каждая птица долетает!

— Совсем у собаки кукушечка отвалилась! – Подумал я, подошел к Рове, чтобы сделать ему внушение через пушистую попу… и обалдел: метрах в трех от окна и чуть ниже, где-то на уровне 5 – 6 этажей в поднятой люльке стоял мужик в каске и умоляюще смотрел на Рову. Увидев меня, он замахал руками, пытаясь мне что-то проорать, но из-за Ровы с Дарей было слышно ничего.

Еле уперев Рову в другую комнату и закрыв за ним дверь, децибелы уменьшились настолько, что я стал понимать рабочего по губам:

— Уберите вашу собаку! – Взмолился он. – Нам ветки на деревьях надо подрезать, а он тут! Лает! Бросается!

— Да ладно вам! – Ржу – Где вы, а где собака? Да и окна закрыты, что он вам сделает-то на таком расстоянии?

— Нудануда! – Рабочий закрылся от меня нерабочей бензопилой – А если он стекло выбьет и прыгнет? Как раз в люльке и окажется. Я собак звиздец как боюсь, меня в детстве кусали все собаки, даже те, которые в своей жизни до этого никогда никого не кусали. Дык то добрые собаки были, а ваш – монстр какой-то дикий!

Рабочий посмотрел в окно, Ровы там больше не было. Я смотрел на перепуганного рабочего (им оказался вполне себе молодой парень), смотрел и продолжал ржать.

— Чего смеетесь? – Полуобиженно произнес работяга – Морда у собаки звиздец страшная какая!

Рабочий еще раз посмотрел в окно, потом опустил глаза и на автомате произнес себе под нос:

— Очень уж кстати, она на вашу похожа!

Я взвыл и рухнул. Дарик и Рова удивленно смолкли! Занавес опустился и закрыл мое дергающееся в конвульсиях от хохота тело ????

Darik_spit-2019-09

Забор починили

Не дай нам бог жить во время перемен. Рова

Дай бог нам жить во время перемен. Дарик

С тех пор, как Рова, пробив своей чугунной башкой лаз в загоне и открыв ворота, зашел с тыла и вонзился в спящего Дарика, для Дарьки настали тяжелые времена. Если интеллигентного московского песика сажали в загон, он регулярно орал, бесновался и требовал воли. Если же в загоне был Рова (да да, мы не прекращали эксперименты по нахождению дыры, только главные ворота уже закрывали на замок, чтобы таких нежданчиков с драками больше не было), бедный Дарька днем не отходил от меня ни на шаг, а ночью прятался куда-нибудь под стол, чтобы хоть как-то обезопасить себя от возможного визита Ровы хотя бы с двух сторон. Спал он тоже беспокойно, постоянно бдя и ворочаясь – Ровкины нападения даром не проходят ни для кого (кроме меня, разумеется).

Но в этом мире заканчивается все, и хорошее, и плохое. У рабочих закончился отпуск (наконец-то), они вернулись и поставили забор. Работали быстро, споро, весело, потому что были мотивированы не только деньгами, но и моим обещанием, что если Рова вылезет еще раз, весь ущерб, каким бы он ни был, пострадавшим оплатят они сами. А еще я возьму вылезшего Рову (если поймаю), приду с ним домой к бригадиру и там отпущу Рову на вольный выпас. Чего он сам там в доме бригадирском выпасет, пусть то и жрет.

Рабочие выкосили растения, нашли дыру, удивились изворотливости одесской скотинки, вкопали забор, усилили его всяким дополнительным железом, и клятвенно заверили, что теперь оттуда не вырвется не только толстопопый южак Рова, но даже мало-мальски откормленный ежик.

Когда ставили этот забор, собак в садике, ессно, не было и знать об изменениях они ничего не могли. Забор этот не видно никак, только из загона – это самый дальний угол сада, который постоянно в зарослях.

И вот что удивительно: запускаю в обзаборенный садик Дарьку, он верным шагом топает на террасу, укладывается на солнышке прямо на самом видном месте и сладко засыпает (чего не было уже давно, с самого побега одесского бандюгана). Вот откуда он знает, что все починено и шансы у Ровы снова совершить побег реально приблизились к нулю?

Запущенный в загон Рова радостно потер лапы, дождался пока я отойду на несколько метров, после чего моментально бросился к своей потайной двери. Люди, видели бы вы выражение лица совершенно офигевшего от несправедливости судьбы Ровы. Он вернулся, чуть не плача, с глазами во всю морду:

— Как же так? Вот только что она тут была, а сейчас все? И людей на улице не погонять! И Дарику лишний раз не ввалить! Жить-то теперь как?

Пес сел на толстую попу, а затем громко и тоскливо завыл во всю южачью глотку.

Darik_v_mashinet-2019-09
Darik_v_mashinet-2019-09

Дарька и Ровка, разные галлактики

Вечер. Сижу на диване. Тихонечко подошел расчесанный, но не обиженный Дарик, аккуратно положил свою голову мне на колени. Я отложил планшет, поманил Дарика на диван, но какой-там? Интеллигент, есть со стола? Без ножа и вилки? Да ни в жисть!

Сполз к нему на пол, обнял за лохматую башку, глажу. Сидим, молчим, дышим вместе. Тишина, ни звука вокруг. Дарик задремал, причмокивает во сне, лапами перебирает — охотится, наверное, где-то. Только перестал гладить — пес сразу проснулся, башку под руку просовывает и прижимается, нежно так, всей лохматой тушкой.

— Пойдем, Дарька, — говорю, — вкусненького чего-нибудь тебе дам

Пес понимает и прижимается еще теснее, как-будто говорит:

— Да ну ее, вкусность эту. Давай еще так сидеть! Мы вместе и это так здорово. Ничего больше не хочу.

Снова сидим, глазу песу, он подремывает. Похолодало. Окна открыты, и в комнате становится довольно прохладно. Просыпаю Дарьку, поднимаюсь вместе с ним и вдвоем идем к коробке с собачьими вкусностями. Дарик идет нога в ногу, прижался крепко, в глаза смотрит… Даю вкусняшку, он берет ее в пасть, нежно так, и там держит, не жует, все смотрит в глаза, смотрит.

С трудом выдерживаю этот взгляд, что-то щемит глубоко-глубоко. Беру себя в руки, отвожу Дарьку в теплую комнату, укладываю на шерстяную лохматую подстилку, рядом кладу еще одну вкусность. Закрываю дверь и выпускаю Рову. Настроение такое же, а-ля «романтик» — вечер, собаки…

— Иди ко мне, пес! — Говорю, — посидим вместе!

— Да, ща, минутку! — Собака упрыгала в один конец комнаты, потом помчалась на проверку Дарькиных мисок (вдруг там осталось чего), погрохотала железом, а потом вообще исчезла.

— Рова! — Только позвал, как из коридора вынырнула большая лохматая тыква с ушами. На секунду, и затем снова скрылась. Послышались какие-то звуки.

Подхожу: сидит собака перед коробкой с вкусняшками, и требовательно стучит по ней лапой с выпущенными когтями, мол, папА, а ви там ничего не забыль с вашей-то памятью?

Выдал каркадилу две штучки и кистью руки ощутил Ровины яйки, так он все и сразу всосал вместе с моим локтем. Но надо отдать должное — я научил его делать это нежно, без зубов, иначе писАть мне было бы нечем. Хотя, кто знает, может быть и пИсать тоже. ????

Возвращаюсь, усаживаюсь на диван. Собаки нет.

— Рова, — снова зову зверя, — сюда иди.

Нет собаки. И шевеления никакого нет. Я прямо через стены вижу чудесную, неподвижную, высеченную из гранита статуэтку на выдержке, которая уперлась глазами в эту гребаную коробку со жрачкой и забыла, где у нее уши и лапы.

— Ну и сиди там один, как дурак! — Говорю в никуда. Не хочешь пятиминутки нежности, фиг с тобой! И снова втыкаю в планшет.

Поняв, что банкет на сегодня закончен, из коридора медленно выплывает печальный Рова. С видом: «собаку завели и не кормят», он так же подходит ко мне и кладет свою огромную чугунную башку на колени:

— Эх, раз жрать не даёти, то нате, гладьте!

— Иди сюда, мой хороший! — Наклоняюсь, пытаясь обнять Рову, и тут же получаю мощнейший удар сразу везде. Рот полностью забит шерстью, в глазах звездочки, я вбит в диванную спинку так, как будто на меня наплыл скоростной бульдозер. Отплевываюсь, открываю глаза — на диване, где-то сверху меня расположилась огромная лохматая туша белого каркадила, причем ко мне спиной, всеми четырьмя лапами кверху. Мало того, что вся целиком на диване и на мне, дык еще извивается от радости, как личинка дождевого чирфяка, на которого сверху пролился не дождь, а как минимум — дорогой коньяк.

Я это все к чему? Две собаки одной породы, у обоЕв родословные чуть ли не до времен Ивана Грозного. Оба какие-то чемпионы чего-то там. Кто? Скажите, вашу мать, КТО ПИСАЛ СТАНДАРТ этой породы? И по каким критериям вы этим двум зверям всякие титулы присуждали? Они ж не из разных пород, они из разных галактик на самом деле! ????

Здравствуй, собака!

Катался сегодня по делам в городок неподалеку, взял Рову с собой погулять в незнакомом месте — там парк такой большой в городке этом. Сейчас не сезон, поэтому людей и людей с собаками в это время года там немного.

Идем по дорожке, нам навстречу группка детсадовских детишек. Детишки все в комбинезончиках теплых, поверх комбезов курточки светоотражающие как у водителей или полиции. Идут ̶в̶ ̶н̶о̶г̶у̶ строем, за ручки держатся, самый большой из них шапочкой своей еле Рове до подбородка достает. Спереди колонны идет парень-воспитатель, лет 20-25, замыкающей — девушка-воспитатель такого же возраста.

Завидев нас, парень остановил колонну, попросил детишек подвинуться вправо (дорожки в парке не слишком широкие). Я взял Рову покороче, хотя дети ему индифферентны абсолютно и мы поравнялись с группой.

— Доброе утро! — Улыбнулся нам парень-воспитатель

— Доброе утро! — Отвечаю парню, потом поворачиваюсь к детишкам:

— Привеееет! — И тут замечаю, что у детишек глаза как чайные блюдца. Они все до одного неотрывно смотрят на Рову, причем у некоторых совершенно натурально отвалились челюсти — такого очень редкого покемона они не видели никогда.

Парню-воспитателю стало неудобно и он таким воспитательским голосом говорит детишкам:

— Дети, что надо сказать, когда с вами здороваются?

И тут в абсолютно гробовой тишине, откуда-то из середины полностью офигевшего и неотрывно смотревшего на Рову детского строя, раздается чье-то негромкое:

— Здравствуй, собака!

2018-11-12-Darik

Менявстречальщики

С того самого момента, как ушла Булка, Дарик принял на себя обязанности почетного менявстречальщика. Когда бы я не пришел или не ушел, он всегда на посту: если возле входной двери — то это песни, пляски с бубном, визг и нечеловеческая радость, если же в самом дальнем конце квартиры — спальне, то стоит возле закрытой двери, вытянувшись в струнку. Стоит мне войти, танцы с песнями повторяются по тому же самому сценарию. Всегда, без разницы, что там на дворе — раннее утро или позднейшая ночь. На выдаваемые мной вкусняшки в эти моменты Дарик вообще не реагирует никак, хорошо если после встречи сжует, а чаще всего он оставляет их далеко на потом, просто забывая о них.

В позапрошлый год, когда я возился с отелем, график жизни был абсолютно идиотским: я мог приехать в два ночи, а уехать в пять утра, Дарик всегда был на посту, вставал, шатался, зевал но встречал.

То ли дело его одесское бандючество — Рован. Встать и хозяина встречать? Да ща! Рыбы жареной хотите? Ну так сами встаньте и нажарьте. На валяющегося ночью возле входной двери Рову можно наступить — максимум чего от него в этот момент добьешься — еле-еле видное разовое виляние хвостом. А если через него просто перешагнуть, он вообще не шелохнется.

Однако стоит мне в другом дальнем конце квартиры, там, где хранятся и корм, и вкусняшки, совершенно неслышно, аккуратно, затаив дыхание и прикрыв за собой дверь, просто бесшумно открыть крышку у коробки, где лежат эти самые вкусняшки, Рова мгновенно материализуется у двери. Сразу. Беззвучно. Совершенно неслышно, без обычного топота своих огромных Лютых копыт по полу. Сидит на попе ровно перед дверью, облизывается, хвостом виляет, преданно смотрит в глаза. Всегда. В любое время суток и как бы крепко он не «спал». Причем, если я захожу в эту комнату по своим делам и вкусняшек не достаю, мохнатая животина продолжает дрыхнуть и не шевелится.

Два вопроса:

— Откуда он знает?

— Ну не скотина ли? ????

ЗЫ. Осеннего хорошего Дарика вам в ленту. А Рова пусть себе дальше дрыхнет, он не заслужил ????

2018-11-12-Darik
scheißbär

Eisbär — Scheißbär

Немного немецкого.

Вечер, пятница, конец рабочей недели и можно расслабиться. Прокатился сегодня в соседний городок по микро-делам, ну и взял Рову с собой: там лесов, полей и рек валом, к тому же новое все. Дела закончили, идем с Ровиком по дорожке. Впереди такая красивая полянка, сбоку столик и скамеечка для пикников. За столиком сидит одинокий мужик, выглядит как типичный работяга, приехавший из просторов бывшего СНГ – большой такой, в рабочей робе, руки-крюки, морда бревном, все обычно. Но есть мелочи: роба вполне себе чистая, на столе тряпичная и очень белая салфетка, разложена нарезка – немного, но на тарелочке, вилка и ножик рядышком, стаканчик неграненый. В центре натюрморта, как и полагается, стоит бутылка водки, такая странная, впрочем, я не спец и внимания на сей продукт особо не обращаю. А еще мужик был совершенно одинок, рядом не было абсолютно никого. И этот последний фактор вместе со скатертью и приборами заставил меня усомниться в стране происхождения гегемона.

Пока я срисовывал обстановочку, мужик пристально смотрел на нас, точнее на Рову. Потом он бросил взгляд на бутылку с водярой, взял ее одной рукой, стаканчик другой и пошел к нам большими шагами.

Рова посторонних не очень, а мужиков посторонних вообще, поэтому я выбрал поводок сантиметров так до 20, чтобы зверь не шевельнулся. Шаг при этом убыстрил, надеясь успеть пройти пролетария до тех пор, пока он к нам приблизится. Но какой там? Мужик стал посреди дороги, загородив нам путь абсолютно.

— О, Eisbär (айсбэр – медведь белый, полярный)!!! – Мужик налил стопочку из бутылки, присел на корточки и протянул ее Рове. – От ты правильный пацан, выпей со мной!

— Он не пьет, собаке алкоголь нельзя… — начал было я, но мужик отмахнулся, просто не обращая на меня никакого внимания, как будто меня там не присутствовало (что там я про свою самооценку загубленную Ровами недавно говорил? Дык все ухудшается, меня не видят вааще) ????

— Выпей братан, у меня и закусочка имеется! – Мужик продолжал тянуть стопку к пасти Ровы.

— Так, хорош! – Сказал я, попытавшись преградить путь рюмки к Ровиной пасти, но снова не успел. Стоило мне раскрыть рот, как Рова двинул на мужика, как обычно – без всякого предупреждения, рыка там или хотя бы грозного топтания. Хотя, если быть честным, нифига не двинул, просто обозначил, потому что с натянутым 20-сантиметровым поводком можно только чуть вздохнуть и вздрогнуть. Вот он и вздрогнул, но так морально конкретно и неожиданно, что мужик, совершенно не ожидавший такого хамства от собаки в ответ на руку, рюмку и сердце, попятился назад. Но он же на корточках был, не забыли? А он забыл, поэтому просто рухнул на спину. Бутылка водки оказалась уже с бережно завинченной пробочкой, она опустилась на пузо рабочему и с ней ничего страшного не произошло. А вот стопочка опрокинулась, причем прямо на робу, разлившись небольшим морем с каким-то странным запахом.

Мужик с удивлением посмотрел на собаку, потом перевел взгляд на бутылку, с нее на пустую рюмку и лужу у себя на животе. Пару мгновений молчал, затем поднялся, повернулся к нам спиной, бережно обнял бутылку и обиженно произнес себе под нос:

— Scheißbär (шайзбэр – медведь сраный)!!!

Всего пара букв, а как смысл меняется, да? ????

ЗЫ. А бутылка водки у него была действительно интересная, так и называется — айсбэр

Собака не дура

Насмотревшись на очередную порцию обалденных, красивых и расчесанных южнорусских собачек, я решил подпортить породе имидж, потому как в каждой породе должен быть один бандит, отщепенец и лишенец. Поэтому трепещите! ????

Сначала мы очень неудачно сходили к парикмахеру (не давайте мне в руки расческу), ну чтобы хоть как-то можно было сфотографироваться. А затем пошли на прогулку в незнакомое место. Пошли и сломали забор. Рова подошел, прыгнул и забор упал. Ладно что упал, старый был. некрепкий. Но прошел дождь, секция забора была мало того что из какого-то залакированного скользкого дерева, но она еще и мокрая была.

Пока я орал Рове, мол, валим отсюда быстрее, пока какие-нибудь владельцы-наркоманы не потребовали вернуть забор обратно, Рова полез вверх. У него разъезжались лапы и он реально вскарабкался туда просто на брюхе, помогая себе хвостом (у кого там собачки скользкого пола боятся?). Я так и не понял, нафига он это сделал? Заполз, встал и гордо оборзел все окресности, я даже фотоаппарат телефонный успел достать. Надпись на табличке упавшей заборной секции: «Частное владение. Проход запрещен!»

Это был раз. А два…

— Если на вас бежит собака тяжелее килограмма, никогда не отпрыгивайте перед ней в сторону. — вещал я своим знакомым, людям, занимавшимся у меня и со мной на разных площадках. — Собака не дура, она всегда отвернет в самый последний момент — она ж так играется. И если вы прыгните в ту же сторону, что и она, могут быть проблемы. У вас. Поэтому не мешайте собаке веселиться, просто стойте, не шевелитесь и помните — собака не дура…

Собака действительно не дура. Она — ДУРАК!